Благое освободительное движение 60-x годов, приведшее к освобождению или, как тогда выражались, эмансипации крестьян, поставило на очередь и эмансипацию женщины от гнета домостроевских традиций и приобщение ее к общечеловеческим культурным интересам. Отбросив в сторону известные своею нелепостью учебники, «приспособленные к женскому образованию» и излагавшие науку, – рассудку вопреки, наперекор стихиям – в виде рассиропленных моральных сентенций, способных вызвать тошноту, – русская женщина из куколки институтской невинности, из жеманной полуидиотки стала превращаться в обыкновенного неискалеченного, развитого человека, которому ничто человеческое не чуждо. Трудный, но верный путь к обращению рабы в человека лежал в учении. И русская женщина под влиянием увлекательной проповеди передовых мыслителей эпохи – Чернышевского, Писарева и др., стала много и прилежно учиться: во-первых, для себя и, во-вторых, чтобы учить других. В числе таких взрослых учениц была и Н. В.
Начав под сорок лет свое полное перевоспитание, Стасова отдалась с начала 60-х годов беззаветному служению на пользу ближнего и в течение 35-ти лет до преклонных лет всеми силами души служила знамени просвещения, несмотря на многочисленные мелкие и крупные трудности, коими обставлена была ее благородная служба на пользу родины. Это было время «медового месяца» честного служения интеллигентной русской молодежи народу. С жаром и гражданским воодушевлением, которого наше время даже и понять не может, не то что испытать, в каком-то «бешенстве любви к ближнему», – по выражению Дюма, – рвалась она на просвещение народа в только что заведенных воскресных школах. Стасова была одною из первых пионерок этого святого дела, которому она отдалась с тем энтузиазмом и настойчивостью, составлявшими отличительные черты ее характера, черты столь редко встречающиеся в русском характере, а потому особенно ценные. Сколько ценного и прочного добра можно было создать, пользуясь этим богатырским подъемом духа среди учащейся и вообще образованной молодежи!? Не то вышло на деле. Воспользовавшись случайными промахами, враги этого великого начинания так искусно подкопались под него, что благое дело народного просвещения по проискам крепостников и апостолов народного невежества – гр. Панина, М. Муравьева и Ко – отцвело, не успевши расцвесть: воскресные школы, в том числе и Василеостровская, в которой учила Стасова, были закрыты.
Неудача не сломила, однако, энергии Н. В. Она нашла другое применение. Ознакомившись во время заведывания воскресными школами с крайне невысоким уровнем общего женского образования [524] , она с этих пор поставила целью своей жизни способствовать возможно большему распространению женского среднего и высшего образования как основы для женской эмансипации и правильной постановки женского труда. Благодаря добрым усилиям прогрессивной журналистики 60-х годов среднее женское образование в несколько лет сделало громадные успехи. В то время как в развратной наполеоновской Франции забитое женское молодое поколение прозябало в суевериях, прививаемых ханжами-монахинями, и весь круг жизни его исчерпывался более или менее утонченным культом амурных тонкостей или двусмысленными пошлостями флирта a la demi-vierge, – для русской женщины открывались всесословные или, скорее, бессословные женские гимназии, положившие первые основания для гуманитарного общечеловеческого женского образования и, стало быть, для смягчения тех сословных предрассудков, которые имеют твердейший оплот в невежестве женщин, с его непреоборимым женским «fi, done!»
Но Стасова хорошо понимала, что без высшего образования немыслима разумная твердая постановка среднего, а потому она особенное внимание обратила на это дело, пропагандируя его пользу и необходимость везде, где могла. На содействие официального ведомства просвещения, во главе которого стоял реакционер гр. Д. А. Толстой, нечего было рассчитывать. Единственное высшее образовательное учреждение создалось помимо и даже вопреки его воле, усилиями просвещенного военного министра Д. А. (ныне графа) Милютина.
Оставалось устроить высшие женские курсы на частные средства. Эта трудная и казавшаяся многим невозможным при нашей обычной общественной вялости и непредприимчивости задача была задумана и приведена в исполнение главным образом трудами нескольких достойных и энергичных образованных женщин, среди которых на первом плане фигурировала Н. В. Стасова.
С 1878 г. Н. В. стояла во главе управления петербургскими высшими женскими курсами. Необыкновенной любви к делу, неистощимой энергии и разносторонней, неустанной деятельности этой замечательной женщины обязано было помянутое молодое, но жизнеспособное учреждение тем, что оно, постепенно укрепляясь материально и нравственно, открыло многим поколениям русских женщин путь к благому просвещению. Ее такту, гуманности и распорядительности курсы обязаны тем, что увлечения представительниц женского молодого поколения, самого пылкого, отзывчивого и легко воспламеняющегося, проходили благополучно для курсов.
