Эпоха великих реформ. Том 2 полностью

Просвещенный руководитель городской реформы А. Д. Шумахер [245] , человек образованный, основательно знакомый с городским хозяйством в России и в Европе, хорошо сознавал необходимость самостоятельности муниципалитетов. В составленной им при деятельном содействии вице-директора Л. Н. Второва первой же записке читаем: «Установление правильных отношений городского общественного управления к административным властям составляет весьма важное условие для того, чтобы преобразование сего управления имело надлежащий успех. Нельзя отрицать, что независимо от строгой опеки со стороны правительства, которой ныне подчинено оно, особенно по делам хозяйственным, неопределенность упомянутых отношений, дающая повод к разного рода недоразумениям и пререканиям, служит отчасти причиною того равнодушия к общественным делам, в котором обыкновенно упрекают городские общества. В новом проекте Пол. о город, хоз. точнее определены отношения административных властей к общественному управлению, причем предположено управлению сему (согласно Высочайшим повелениям 25 марта и 13 октября 1859 г.) предоставить большую самостоятельность и большее доверие… Так как, – продолжает записка, – административная губернская власть по существу своих обязанностей есть блюстительница государственных польз и повсеместного точного исполнения законов (писалось до судебной реформы), то она должна наблюдать, чтобы управление это не выходило из круга предоставленных ему действий и не допускало нарушений закона. Но для ограждения общественных учреждений от неправильных действий администрации необходимо точнее определить самый порядок наблюдения» [246] . Далее упоминается, что с этой целью губернатору предоставляется в известный срок в случае несогласия своего с общественным управлением переносить возникшее пререкание на рассмотрение Сената.

Соответственно этим соображениям было проектировано, что губернатор (по губернскому правлению) может опротестовать приговоры городской думы, если находит их неправильными, а затем в случае несогласия думы с протестом перенести дело в двухнедельный срок в Сенат. Второе отделение Е. И. В. канцелярии с своей стороны полагало более удобным, применительно к ст. 1320 Уст. гр. суд., учредить особое смешанное губернское присутствие, в состав которого внести председателя окружного суда, председателя земской управы и казенной палаты, городского голову [247] . При обсуждении вопроса в большой комиссии при участии экспертов большинство комиссии высказалось за учреждение такого присутствия, но меньшинство считало введение его неудобным, так как оно может лишить самостоятельности городскую думу [248] . Другие эксперты (кн. Черкасский и В. И. Лихачев) стояли за учреждение губернского присутствия и полагали, что коллегиальное обсуждение дела не только не умалило бы, но усилило самостоятельность общественного управления.

Гласный Лихачев при этом предложил, чтобы губернатору предоставлено было право протеста только в случае, когда действия «общественного управления противны законам», но «не общим пользам государственным», как значилось в проекте (и как установлено Положением 1892 г.). Ссылаясь на то, что это выражение неопределенно и в известных случаях может быть предметом слишком широкого толкования в ущерб самостоятельности общественного управления, Лихачев предлагал исключить это выражение из проекта, и большинство комиссии согласилось на это [249] .

А.Д. Шумахер считал вредным предоставление губернскому месту права толкования закона. Соображения опытного государственного деятеля имеют серьезное значение, особенно ныне, ввиду существования с 1889 г. губернских присутствий, постановляющих окончательные решения по делам, подсудным земским начальникам. «Пререкания о смысле закона не могли быть предоставлены разрешению местного присутствия, – писал А. Д., – ибо в таком случае в каждой губернии открывалось бы особое учреждение с компетенцией) в толковании закона, – компетенциею, принадлежащею по основным законам одному Правительствующему Сенату, что независимо от противоречия коренным началам государственного устройства, имело бы последствием то, что один и тот же общий (курс, под.) для всех (а не местный) закон был бы толкуем и применяем различно в различных губерниях. Такое разнообразие в разрешении вопросов о смысле закона едва ли может быть терпимо в государстве, имеющем единую (курс, подл.) законодательную власть, которая не может допускать, чтобы общий для разных местностей закон был всюду понимаем и применяем не в одинаковом смысле» [250] .