– Так вместе одно дело делають, да с разных сторон. Кажный со своей колокольни в том оркестре звонит.
– Ну-ка, развей мысль.
– Вот чаво ты перечислил, у индусов-то имеется может в планах каких?
Феликс медленно повернул голову, глянул на старика вполоборота и произнес:
– Расщепленный мир Шивы – Разрушителя, одного из верховных божеств индуизма. А жена его богиня смерти Кали. Кали-юга – железный век раздора, самая короткая мировая эпоха.
– Таки вот, на том и снюхалися.
– На первый взгляд цели похожи, но задачи все-таки разные.
– Дык дружные сороки и гуся утащат. Нет предела силе человечьей, если эта сила – коллектив.
– Это может послужить объяснением, зачем понадобилось вытаскивать разнообразных демонов – в услужение темным божествам. Будем разбираться дальше.
С этими словами Феликс пошел в свой кабинет. Закрыв дверь, он сел в кресло и положил на стол перед собой мобильный телефон. Какое-то время мужчина смотрел в пространство неподвижным взглядом, словно ему требовалось время упорядочить все детали, разместить в мозаике еще и вампиров с хоррор-квестами и адренохромом. Затем он взял аппарат и набрал номер компании «Gnosis».
– С возвращением! – радостно произнес в трубке голос Павла. – Как прошла поездка?
– Местами увлекательно, – ответил Феликс, медленно проводя взглядом по фиолетовым стенам, которые всё никак не доходили руки перекрасить. – Я вот по какому делу беспокою – интересует меня «Студия-15» в Москва-Сити.
– А-а-а! Всё уже доложили пернатые-хвостатые? – рассмеялся оборотень. – Нас тоже интересует, но просто так заявиться и задавать вопросы мы пока не можем. Ну, собирают они демонов, что такого, не запрещено, может, чистят город с благими намерениями. Только спугнем и всё. Для начала мы определили местонахождение установки, преобразующей продукты горения в дым высокой вибрации – это мусорный полигон «Торбеево» в Люберцах, официально закрытый четыре года назад. Как раз собираемся туда, хотите с нами?
– Хочу, – взгляд мужчины остановился на сейфе в противоположном углу. – Давайте прямо там, на подъезде и встретимся.
– Договорились, заодно и повидаемся! До встречи!
Подумав, что сверток со скелетом и ловушку Теслы лучше не хранить дома, а перенести в офис, Феликс сунул телефон в карман и вышел из кабинета.
Зайдя в секретарскую, он сказал Никанору:
– Я поехал, остаешься за хозяина.
Секретарь взглянул на директора поверх очков и поинтересовался:
– Куда собралси, сердешный?
– На люберецкую помойку. Где-то там свой фимиам воскуривают мировые реформаторы.
– А, ну добренького пути, – кивнул старик. – Один-то я без дела и засижусь.
– За хозяйством смотреть тоже дело нужное. Кто какую информацию привезет – со слов и запиши, чтоб не забылось ничего, не перепуталось.
– Исполню чин по чину, со всеми онёрами.
Никанор Потапович проводил начальника до крыльца и церемонно притворил за ним дверь.
Пусть и находился «Торбеево» в процессе продолжительной консервации, запах появился километров за пятнадцать. На подъезде к частному сектору, граничащему с полигоном, поджидал знакомый автомобиль, и Феликс последовал за ним.
Свалка была огромной, но машина кречетов уверенно двигалась в объезд, видимо имея точные координаты искомого объекта. Этим объектом оказался окруженный высоким кустарником большой сарай из металлопрофиля на краю полигона. Над плоской крышей постройки возвышалось целых пять труб – четыре обычных диаметров и широченная центральная.
Автомобили остановились неподалеку, мужчины вышли.
– А вы загорели! – произнес Павел, с широкой улыбкой глядя на Феликса. – Солнцезащитой продолжаете пользоваться?
– Временами, – ответил он. – Кожа привыкла вроде, не ощущаю дискомфорта.
Обойдя сарай кругом, они обнаружили небольшое зашторенное окно и дверь с навесным замком. Одним резким движением Феликс сорвал его и распахнул дверь. Мужчины вошли внутрь и огляделись.
Стены по всему периметру были затянуты светлой тканью с угольными рисунками – большой орнамент, заключенный в круг, похожий на амулет «Ловец снов». Центральную часть помещения занимала конструкция, напоминающая модернизированную алхимическую печь с толстой трубой, выходящей на крышу. Вокруг печи располагалось сложное автоматическое сооружение с контейнерами компонентов для сжигания, желобами подачи и таймерами, настроенными на активацию всей системы в полночь. Больше в сарае ничего не было, никаких предметов или вещей, указывающих на присутствие человека, кроме игрушки – на подоконнике сидел большой плюшевый медведь. Выглядел он в окружающей обстановке настолько чужеродно, что Феликс сразу к нему и направился. Посмотрев на курносую морду с пластмассовыми глазами, мужчина ткнул игрушку пальцем. Под тканью находилось что-то твердое. Феликс разорвал коричневый мех и снял шкуру. Под ней находилась черная металлическая скульптура, изображающая многорукую индийскую женщину с длинным высунутым языком и ожерельем из человеческих черепов на голой груди.
С брезгливым недоумением поглядев на скульптуру, Петр произнес:
– Зачем здесь эта образина?
– Это же богиня Кали, да? – добавил Павел.