Феликс собирался еще что-то сказать, но тут дверь медленно, неуверенно приоткрылась и на пороге возник высокий молодой мужчина. Лицо его было странным, похоже, имела место неудачная пластическая операция – слишком большие выступающие скулы и неестественно зауженные глаза. С испуганным замешательством он оглядел незнакомцев и произнес высоким ломким голосом:
– Вы кто? Что вы здесь делаете? Как вы сюда…
– Вопросы я задавать буду! – металлическим тоном отчеканил Феликс.
Он шагнул было в сторону парня, но остановился. Краем глаза мужчина уловил какое-то движение в углу, будто манекен смог едва заметно пошевелиться или моргнуть нарисованными глазами. Феликс резко обернулся. Кукла стояла неподвижно на своем месте и таращилась в пустоту.
В следующий миг молодой человек развернулся странным своим лицом к дверному косяку, откинул голову назад и со страшной силой ударился лбом о стену.
Петр с Павлом поспешно прикрыли дверь и одинаково вопросительно взглянули на Феликса. Тот был пока занят – разбирал на части манекен и складывал в коробку.
– И что теперь делать? – не выдержал Петр.
– А что бы вы хотели? – закрыв коробку, Феликс поднял ее и сунул подмышку.
– Ну, как… – замялся Павел, искоса поглядывая на распростертое бездыханное тело.
– Вам в «Гнозис» случайно не надо? Рабочий день в разгаре, между прочим.
– Ладно, – с видимым облегчением пожал плечами Павел, – в «Гнозис» так в «Гнозис».
Выглянув в коридор, кречеты убедились, что там никого нет, и направились к лифту. Феликс догнал их как раз, когда окрылись двери кабины.
– Может, надо было телефон его забрать? – шепотом произнес Павел, заходя в лифт.
– Ограбить труп? – таким же заговорщическим шепотом ответил Феликс. – Чтобы у полиции возникло подозрение, что он не сам себе голову разбил, а с чьей-то помощью?
– Думал, для расследования пригодилось бы, – вздохнул Павел. – Ладно, плохая идея, согласен. Вы куда сейчас?
– В Люберцы! – процедил Феликс.
– А, понятно. Если понадобится наша помощь…
– То я знаю, как вас найти, да.
Покинув башню, мужчины разошлись по своим машинам. Кречеты уехали сразу, а Феликс сел за руль, захлопнул дверцу и взялся за телефон. Набрав номер, он стал слушать гудки, глядя в лобовое стекло. Женский голос произнес:
– Да, слушаю.
– Здравствуйте, Татьяна, – приятным мягким баритоном произнес мужчина. – Привет вам от Алехандро Мартинеса из Мадрида, вернее от Александра.
– О, какая неожиданность приятная! – оживился голос.
– Привез вам небольшой подарочек от него, – продолжал Феликс. – Когда будет удобно увидеться?
– Да хоть сегодня! – рассмеялась женщина. – После восьми годится?
– Вполне.
– Тогда позвоните в семь, договоримся о месте.
Попрощавшись, Феликс включил зажигание и выехал со стоянки.
По пути пришло сообщение от Геры – они с Сабуркиным возвращались в агентство, следом такое же и от Алевтины с Ариной. Феликс ответил всем, что приедет поздно и велел доложить о проделанной работе Никанору.
На фабрику деревянных изделий Феликс добрался к закрытию, но полчаса еще оставалось. В здание мужчина вошел быстро и беспрепятственно, его никто не решился остановить. Отыскав кабинет директора, мужчина распахнул дверь и вошел без стука. Сидевший за столом полный пожилой господин в сером пиджаке удивленно вскинул кустистые брови, и даже сказать ничего не успел – гость широким шагом подошел, швырнул на столешницу какую-то бумажку и резко произнес:
– Мне нужно имя, данные заказчика этой партии!
Директор приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но тут гость ткнул ему в лицо красной корочкой удостоверения частного детектива и проговорил:
– Ваши изделия использованы в производстве фальшивой продукции! Нарушены права потребителя, жалобы направлены в Роспотребнадзор! Вы пойдете соучастником, если немедленно не предоставите информацию о заказчике!
Закрыв рот, директор пожевал губами, затем нажал кнопку аппарата селекторной связи и произнес:
– Света! Позови кого-нибудь из бухгалтерии!
Черед пятнадцать минут Феликс покинул ИП «Кушнарев» с копией платежной накладной с реквизитами заказчика партии деревянных статуэток – Гончукова Геннадия.
Мужчина сел в машину, бросил бумажку на соседнее сидение и посмотрел на часы. Подождав пять минут, ровно до семи, он позвонил Татьяне. Договорившись о встрече у нее дома, Феликс поехал в направлении Таганки.
В середине пути его снова накрыл злой голод. Стоя в глухой пробке, мужчина глотал ледяное кокосовое молоко, постукивая пальцами по баранке руля, и думал о том, что в кои-то веки ему жалко тратить свое время.
Татьяна оказалась миловидной женщиной лет сорока – невысокая, крепко сбитая, с короткими кудрявыми волосами и вздернутым носом, она меньше всего походила на медицинского работника, замешанного в производстве препаратов на основе адренохрома.