– Видишь все эти души? Все они, каждый до последнего, – герои, победители, легендарные воины, и их единственная задача – окружать и защищать вас шестерых. Посмотри! Посмотри туда! – Он указал на человека, которого они видели в тронном зале. – Это Ателла Великий, ни разу не потерпевший поражения в бою. Он будет защищать нас с левого фланга. Хэвар, штурмовавший крепостные стены Эреба и едва не взявший город, будет охранять нас справа. Гэт из Одеона, Бран из Пайна и Мэлен Молот – ваша личная охрана. Фэйн Фенелия, первая, кто овладел Искусством, обеспечит дополнительную защиту, если таковая понадобится. А я, как обычно, возглавлю наступление. Остальные, – он едва заметно кивнул, обозревая пещеру, – сразятся и снова погибнут.
– Но как же мы? – спросил Гиффорд. – Что делать нам?
– Оставаться в центре, держаться поближе к Гэту, Мэлену и Брану, – сказал король.
– А когда подойдете к мосту и увидите, что путь свободен, – добавила Беатрис, – бегите. Главное – преодолеть мост. Потом бросайтесь к двери на дальнем его конце.
– Все равно не понимаю, какая от этого польза, – сказал Мидеон.
– Ты просто должен…
– Довериться тебе? – зарычал король. Даже в этом месте, невзирая на гомон тысячи бравых героев, готовившихся к битве, его голос прозвучал так громко, что некоторые повернулись в их сторону. – Мне это нелегко дается. Это не входит в число моих умений. – Мидеон повернулся, и его голос стал еще громче. – Стройся! Кэлдерн, на сей раз получше удерживай передние позиции. Энгельс, не забывай уклоняться.
Это вызвало взрыв смеха и крики воодушевления.
Мидеон зашагал прочь, и вся пещера пришла в движение.
– С нами все будет хорошо, да? – спросила Мойя у Беатрис.
Принцесса колебалась. Мойя уставилась на нее.
– Ты чего-то недоговариваешь?
– Послушайте… э… – Беатрис вздохнула.
– О чем ты? Ты видишь будущее. Ты знаешь, что произойдет. Или все это ложь? – Мойя вперила гневный взгляд в белокурую принцессу гномов, которая сейчас сильно напоминала провинившегося ребенка.
– Я сказала правду – но не всю. Послушайте, я могу гарантировать, что Дождь выживет и совершит великие дела, но никому из вас не будет легко.
В этот миг глаза провидицы-бэлгрейглангреанки потускнели и заблестели от слез. Губы искривились. Не желая смотреть на остальных, она уставилась на собственные ноги и закусила нижнюю губу, как будто от боли.
– Так ведь обо всем, что происходило до сих пор, тоже не скажешь, что это было проще пареной репы, – напряженным и усталым голосом проговорила Тресса.
Беатрис подняла голову, вытерла глаза и всхлипнула.
– Через минуту, когда поднимемся по лестнице и вернемся в долину, все станет… плохо… очень плохо. Потом… станет хуже, и, наконец… ну… – Она издала легкий, немного безумный смешок. – Сами увидите.
– Да уж, пожалуйста, не стоит портить впечатление, – усмехнулась Тресса.
– Я имею в виду, – сказала Беатрис, – что в какой-то момент вы решите, будто все, что я вам говорила, – неправда. Что я сошла с ума. Когда это произойдет, помните: не важно, верите ли вы в меня, ведь я в вас верю.
Беатрис обняла Дождя. Тот неловко напрягся, но принцесса, по-видимому, не возражала.
– Великий Дождь, – сказала она, изумленно качая головой. – Наконец-то я смогла увидеться с тобой.
– Пошли,
Они последовали за толпой, которая, подобно реке, вырвалась наверх по разветвленной лестнице, выходившей в кремневую долину в нескольких местах сразу. Поднявшись, Брин увидела, что небо побагровело, а вокруг них вырос лес копий.
– У нас с тобой незаконченное дело, – сказал Тэшу Сэбек.
В падавшем сверху свете его лицо было едва различимо, но голос ни с чем нельзя было спутать.
Секунду спустя в яму упал канат. Он пролетел по всей длине и трижды скрутился на дне. Тэш подумал, Сэбек хочет спуститься, но лицо бывшего галанта исчезло, а веревка осталась.
Тэш посмотрел на Андвари. Тот ответил удивленным взглядом.
– Похоже, у меня сегодня увлекательный день, – сказал гном.
– У меня тоже. – Тэш осмотрел болтавшийся канат и крикнул: – С чего мне тебе угождать?
– Одолеешь меня и сможешь бежать, – ответил Сэбек откуда-то сверху.
Тэш зашелся горьким смехом.
– Из замка Феррол? Ты меня совсем дураком считаешь?
– Почти все ушли, отправились на битву у моста. Здесь почти никого нет. В любом случае, если сумеешь одолеть меня, одолеешь кого угодно.
Тэш продолжал с сомнением разглядывать канат. Даже если Сэбек говорит правду, Тэшу его не победить. Несмотря на годы, проведенные в Харвуде, даже если бы Тэш отдохнул, если бы они были в мире Элан, ему не хватало мастерства, чтобы сразиться с Сэбеком. Так было всегда. А уж в Нифрэле Тэш не был уверен, что сумел бы одолеть даже Трессу. Возможно, ему даже не хватит сил подняться по веревке. Руки висели мертвым грузом. Ноги едва двигались. И он устал, чудовищно устал. Если бы он дышал, то счел бы, что здесь дурной воздух, ведь его мутило.
