Эра смерти. Эра империи полностью

Тресса опустилась на колени, затем легла на живот и посмотрела вниз.

– Тут нет дна. Тут нет проклятого дна!

– Не смотри вниз, – посоветовала Роан.

Она тоже остановилась и выглядывала из-за плеча Гиффорда, чтобы поддержать Трессу.

– Ты с ума сошла? Хочешь, чтобы я прыгала с закрытыми глазами? Как, во имя Мари, я должна преодолеть… преодолеть… Не могу!

– Да все ты можешь, – небрежно, даже несколько озадаченно сказал Гиффорд, улыбаясь, словно принял возмущение Трессы за маленький каприз.

– Нет, она права. Это безумие, – согласился Тэш. – Должен быть другой путь.

– Спасибо! – выпалила Тресса.

Гиффорд изумленно посмотрел на Роан.

– Но… Это же крошечная трещинка. Через нее можно просто перешагнуть. Смотрите… – К ужасу Тэша, Гиффорд прыгнул обратно. – Видите? И не забывайте, я ведь калека.

Развернувшись на месте, он снова прыгнул, затем повернулся и жестом поманил их.

– Ну, давайте! Теперь ваша очередь.

Разинув рот, Тресса и Тэш уставились друг на друга. Если когда-то можно было усомниться в легенде о невероятной смелости Гиффорда, теперь эти сомнения испарились. А еще он явно слегка безумен. При одной мысли о прыжке у Тэша перехватило дыхание. Тресса отступила на шаг и прижалась к нему, и он не мог понять, кто из них дрожит на самом деле.

– Это легче, чем кажется, – сказала Роан.

Она говорила более серьезным тоном, полным сочувствия, но, очевидно, как и ее муж, была не в своем уме.

– Нечего терять. Нечего терять. Нечего терять, – повторяла Тресса тоном, который совсем не соответствовал смыслу слов.

Она продолжала повторять эти два слова, приближаясь к краю на подкашивающихся ногах, а потом вдруг выпалила:

– Малькольм, дай мне сил!

Тресса рванулась вперед и прыгнула.

Тэш, затаив дыхание, проследил, как она пролетела по воздуху и удачно приземлилась на противоположной стороне, после чего задрожала и разрыдалась. Гиффорд тут же обнял ее и посмотрел на Тэша.

– Давай, Тэш, ты же и глазом не моргнул, когда эльфы в тебя стреляли. Что такое прыжок через трещинку в камне в сравнении с этим?

Трещинку? Он издевается?

Гиффорд вовсе не был храбрецом – он был сумасшедшим.

Но ведь Тресса перепрыгнула… Она не слишком ловкая, но все же ей удалось оказаться на той стороне. Почему же мне так трудно?

– В чем дело? – раздался спереди голос Мойи.

– Ждем, пока Тэш перепрыгнет через расщелину, – ответил Гиффорд.

– Ты имеешь в виду эту маленькую трещину в камне? – уточнила Брин.

Маленькую трещину? Они что, все с ума посходили?

Гиффорд вновь совершил невозможное: отпустив прижавшуюся к скале Трессу, он обошел ее на узком карнизе и вернулся к краю трещины.

Гиффорд протянул руки:

– Я поймал Трессу, поймаю и тебя.

Тэш покачал головой:

– Если я на это пойду, если прыгну, могу случайно тебя столкнуть.

Гиффорд усмехнулся:

– Сомневаюсь, что такое возможно.

– Я тяжелее тебя. Это и правда опасно.

Гиффорд попытался подавить смешок, но у него не получилось.

– Я готов рискнуть.

Тэш глубоко вдохнул и почувствовал, как воздух дрожит у него в горле.

Чего я так боюсь? Высота никогда меня не пугала.

Ни разу в жизни он не испытывал такого страха, как сейчас: ни когда сражался с Сэбеком, ни когда вошел в тот проклятый омут. Даже прощаться с Брин было легче. Тэш попробовал сделать шаг вперед, но не смог. Ноги отказывались повиноваться.

– Тэш? – позвала его Брин. Она вернулась и тоже обошла остальных. – Что с тобой?

– Слишком… слишком далеко. Не думаю… не знаю, как мне…

Она непонимающе осмотрела тропу.

– Что тебя пугает? Это всего лишь трещина.

Обойдя Гиффорда, она встала на самом краю. Носки ее башмаков повисли над бездной. Она взволнованно посмотрела на него и протянула руку:

– Возьми меня за руку.

За руку? До нее не меньше мили!

Даже если бы он мог прикоснуться к ней, он не стал бы этого делать.

– Нет, я только утащу тебя за собой.

Она посмотрела на него, как будто это он лишился рассудка:

– Не утащишь.

– Утащу. – Он опустил глаза к бесконечной, темной бездне внизу.

– Тэш, ты мне доверяешь? – Ее голос заставил его посмотреть ей прямо в глаза. – Доверяешь?

Он хотел ей верить, в прошлом всегда верил, и он помнил презрение в ее глазах, когда она сказала: «Ты не избавишь мир от чудовища, а сам займешь его место». Даже тогда ему было не так больно, но сейчас он вновь почувствовал боль. Словно страдания, что он тогда испытывал, возродились, но не в теле, а где-то глубже.

Взгляд Брин стал более сосредоточенным. С ней так бывало: вот она легкомысленная, влюбленная девчонка, а вот совсем другой человек – мудрее, сильнее. Ее лицо смягчилось, на нем отразились понимание и доброта.

– Тэш, ты умер – покончил с собой, чтобы последовать за мной. – Она бросила взгляд на огромную пропасть под ногами. – Так неужели ты остановишься сейчас?

Его трясло.

– Возьми меня за руку, Тэш. Обещаю, все будет хорошо.

– Ты не можешь этого знать!