Эрагон. Брисингр полностью

– До чего же глупо ты поступил, оставшись там! Надо было бы всыпать тебе за это как следует! В следующий раз ты уж меня заранее предупреди, если вздумаешь с кем-то в одиночку сражаться. Похоже, у тебя это в привычку входит. Жаль, что ты не видел, до чего была огорчена Сапфира!

Эрагон положил руку на переднюю лапу Сапфиры и сказал:

– Мне очень жаль, что я не смог предупредить вас заранее. Я и сам до последнего момента не понимал, что собираюсь остаться. Но это оказалось совершенно необходимым.

– Но хоть сейчас-то ты можешь сказать, почему тебе все-таки пришлось остаться в этих вонючих пещерах?

– Потому что мне нужно было кое-что разведать и кое-что выяснить.

Поскольку этим его ответ и ограничился, широкое лицо Рорана помрачнело, и на мгновение Эрагон испугался, что брат станет настаивать на более подробных разъяснениях. Но Роран сказал:

– Ну что ж, разве может надеяться такой заурядный человек, как я, что разом поймет все «почему» и «потому что», которыми заняты мысли настоящего Всадника, даже если этот Всадник – мой двоюродный брат? Самое главное, что ты помог освободить Катрину, что сейчас ты здесь, что ты цел и невредим. – Роран вытянул шею, словно пытаясь увидеть, что лежит у Сапфиры на спине, затем посмотрел на Арью, стоявшую чуть позади, и сказал: – Ты же потерял мой посох! Я пол-Алагейзии с этим посохом прошел! Неужели ты не мог его сохранить?

– Я отдал его человеку, которому он был гораздо нужнее, чем мне, – ответил Эрагон.

– Ох, да перестань ты на него нападать! – сказала Рорану Катрина и, чуть поколебавшись, крепко обняла Эрагона. – На самом деле, Эрагон, он ведь страшно рад тебя видеть, ты же и сам это понимаешь! Он просто не может слов подобрать, чтобы выразить это.

С дурацкой, совершенно бараньей улыбкой Роран пожал плечами.

– Она, как всегда, права насчет меня. – И влюбленные обменялись нежными взглядами.

Эрагон внимательно посмотрел на Катрину. Ее медные волосы приобрели своей прежний, роскошный блеск и цвет, и следы, оставленные на ее теле тяжкими пытками, уже почти все исчезли, хотя она по-прежнему казалась более бледной и худой, чем прежде.

Подойдя совсем близко к Эрагону, чтобы никто из сгрудившихся вокруг варденов не мог ее услышать, Катрина шепнула:

– Я никогда не думала, что буду обязана тебе столь многим, Эрагон! Что мы будем обязаны тебе столь многим. С тех пор как Сапфира принесла нас сюда, я узнала, чем ты рисковал, чтобы спасти меня, и нет слов, как я тебе благодарна. Если бы я провела в Хелгринде еще неделю, это попросту убило бы меня или лишило разума, что, в общем, то же самое – настоящая смерть при жизни. За то, что ты спас меня, за то, что ты исцелил Рорану плечо, я от всей души благодарю тебя, но еще больше я благодарю тебя за то, что ты снова воссоединил нас! Если бы не ты, мы бы никогда больше с Рораном не увидели друг друга.

– Мне кажется, Роран, так или иначе, отыскал бы способ вытащить тебя из Хелгринда даже и без меня, – заметил Эрагон. – Он же настоящий златоуст, если его завести. Он бы убедил еще какого-нибудь заклинателя помочь ему – например, травницу Анжелу, – и все равно своего добился бы.

– Травница Анжела? – нахмурился Роран. – Куда этой болтливой особе соперничать с раззаками.

– Ничего, она бы тебе показала, на что способна. Она гораздо сильнее и глубже, чем кажется… Во всяком случае, чем можно предположить, слушая ее болтовню. – И тут Эрагон сделал то, чего никогда не осмелился бы сделать, когда жил в долине Паланкар, но теперь чувствовал, будучи Всадником, что имеет на это полное право: он поцеловал Катрину в лоб, затем точно так же поцеловал Рорана и сказал: – Роран, ты мне как брат. А ты, Катрина, мне как сестра. Если когда-либо вы окажетесь в беде, пошлите за мной, и если вам нужен будет Эрагон-земледелец или Эрагон-Всадник, я в любом качестве буду в полном вашем распоряжении.

– И ты тоже, – сказал в ответ Роран, – если когда-либо будешь в беде, только скажи, и мы поспешим тебе на помощь.

Эрагон благодарно кивнул, но воздержался от упоминания о том, что те беды, которые, скорее всего, выпадут на его долю, будут таковы, что бороться с ними ему не сможет помочь никто из них. Он крепко обнял Рорана и Катрину за плечи и сказал:

– Живите же долго, всегда будьте вместе, будьте счастливы, и пусть у вас родится много-много детишек! – Тут улыбка Катрины на мгновение померкла, и Эрагон, мгновенно удивившись, подумал: «Как странно!»

По настоянию Сапфиры они снова двинулись к красному шатру Насуады, находившемуся в центре лагеря. Когда они, сопровождаемые восторженной толпой, прибыли туда, Насуада уже встречала их на пороге, а слева от нее стоял король Оррин; целая орда его приближенных и прочей знати толпилась за двойным рядом охраны.