Утро для нас началось, как только за окном забрезжил рассвет. Мы же упаковали вещи по сумкам, взвалили их на плечи и спустились в кабак. За минуту до выхода из комнаты Кайс назвал мне моё новое имя. Олаз — самое распространённое имя в Трагарде. Ничего благородного или унизительного. Хотя, были случаи, что это имя принадлежало великим людям. Олаз Стойкий — праправнук Красного Барона, основателя своего рода, получивший свои земли после войны с Некромантом. Два его старших сына тоже носили эти имена, но кроме позора своему прославленному родителю, в виде постоянных пьянств и развратных игрищ, ничем достойным не отметились. Были в этом Мире и антигерои, которые носили это имя. Олаз Многорукий — непобедимый поединщик на мечах. Родом из разорившегося знатного семейства, своё время он выигрывал все турниры, в которых участвовал. В один прекрасный момент, по прошению поверженного им на турнире придворного графа, королева Жанна лишила Олаза титула. Именно это чуть не повергло Трагард в пропасть экономического краха. Многорукий собрал вокруг себя банду, с которой грабил торговцев вблизи Мраколесья. Уж, почему Апостолы и Инквизиция не изловила их после нападения на Золотой Обоз — тайна, — но именно после этого банда Олаза выросла до полутысячи голов. А когда они добрались до Скрытого города, то под его командованием было уже не меньше семи сотен мечей. Неожиданно наглый набег на столицу королевских приисков, и разбойникам удалось разжиться золотом, равным по сумме годовому бюджету страны! Церковники Триединства начали искать украденное только на третий день после нападения — перешерстили всё Мраколесье, поймали и повешали почти всех людей Олаза, но его и треть добычи так и не отыскали. Многорукий исчез и больше никогда не появлялся. Ходили слухи, что его всё-таки нашли и убили, а золото присвоила себе Церковь. Но это всего лишь слухи, за озвучивание которых можно оказаться в подвалах Инквизиции…
— Да какой ты Олаз, — возмутился подобревший Вершок. — Белхан, вот ты кто.
— Ещё раз назовёшь меня так — пожалеешь. — Спокойно ответил я.
— И, что же ты мне сделаешь? — усмехнулся маг.
— Закричу на весь город, что я и мои друзья считаем, что все жители Великих Арен пида… ну, ты понял, кем мы их считаем.
— Ты понимаешь, что с нами будет? — мои слова пришлись не по нраву Кайсу, который мгновенно изменился в лице. — Плетьми мы не отделаемся.
— Зато не буду Белханом, — с видом отъявленного пофигиста, заявил я Крысолову, и ускорил шаг.
— Этот глупец не понимает того, чему нас подвергнут, — обратился Кайс к Вершку. — Поэтому будь любезен, не называй его тем именем.
— Это будет трудно, но я справлюсь, — ответил Вершок, по лицу которого, несмотря на прохладное утро, катились крупные капли похмельного пота. — Но, я надеюсь, что мы не оставим это без наказания и найдём коварный, но очень интересный способ проучить этого наглеца.
— Не сомневайся. Мы обязательно его проучим, — согласился с ним Кайс, но я этого уже не слышал.
Всепроникающая, солёная сырость со стойким, ничем несравнимым запахом рыбы, въевшемся во всё материальное, единовластно царствовали в этом районе города. Я натянул капюшон, спрятал кисти рук в рукава, но это не помогало. Так не должно было быть, но одежда перестала согревать меня. Казалось, что она пропиталась висящей в воздухе влагой, и превратилась в бесполезное тряпьё, которое нужно было немедленно снять с себя.
— Что, замерз? — поинтересовался Крысолов.
— Нет, блин, от радости трясусь, — хамовато ответил я.
— С непривычки всегда так. Так что, терпи, — словно не обратил он внимания на мою интонацию. — До отплытия так и будет.
— Долго?
— Несколько часов. Может до обеда. Всё зависит от того, как быстро загрузят галеон, — пояснил Кайс.
Город, в котором я живу… жил — "миллионник", и я каждый день видел "пробки" и большое скопление людей. Я бывал на концертах известных групп, которые сопровождались непроходимой толпой зрителей. То, что творились в порту, было неким симбиозом сказанного выше. Нескончаемые вереницы загруженных глиной телег, снующие между ними люди с огромными тюками и баулами, надрывающие криками голоса регулировщики, размахивающие красными флажками, стража, разнимающая многочисленные конфликты возничих и грузчиков… Всё это казалось сумасшедшим домом, адом для привыкшего к спокойствию человека. Да что там, у меня и самого зарябило в глазах от этой суеты. Я поднял взгляд в небо, глубоко вдохнул, и на выдохе начал опускать голову. Почему я не увидел их сразу? Не знаю. Но сейчас именно они привлекли всё моё внимание. Развивающиеся на ветру ярко-зелёные, с изображением перекрещенных белых сабель флаги. Поднятые белые паруса на высоченных мачтах, бесчисленные канаты свисающие с них, множество палуб с перильчатым ограждением — торговые галеоны перевозящие самое ценное сырьё этих земель!
— Что застыл? — спросил Кайс и дёрнул меня за рукав. — Потеряешься здесь, и мы тебя до ночи не найдём.
