Немного отлежавшись после обеда, Кайс распорядился собрать вещи и отправляться в обратный путь. Хоть мы проходили по тропе в расщелине сутками ранее, я совершенно не узнавал это место. Если тогда мой уставший мозг рисовал серые картины увиденного, то теперь я воспринимал тропу по-другому. Мрачная серость скал разбавлялась цветными жилами неизвестных мне пород. Изумрудные, лоснящиеся приятным блеском чёрные, пурпурно-белые, а порой и золотые — эти жилы хаотично расползались по стенам, и превращали внутренне убранство расщелины в настоящую сокровищницу. Погрузившись в лицезрение этой красотой, я не сразу понял, что стою возле небольшого углубления в стене, а Кайс держит меня за рукав, не давая идти дальше. В углублении, словно в круто наклонённом желобе журчала вода, быстро стекая вниз, после чего исчезала в неком подобии слива — небольших естественных отверстиях в каменном полу.
— Зачем ты меня держишь? — поинтересовался я у Крысолова.
— За последние дни ты сильно испачкался, и тебе нужно помыться, — пояснил мне Кайс причину нашей остановки. — Если мы, а особенно Вершок, привычны к грязи на теле, то таким как ты, это смертельно опасно. Ссадины, раздражения, царапины, натёртости — всё это первый шаг к кожным болезням, которые свалят тебя быстрее удара меча… Раздевайся и мойся.
Логика в его словах была, да еще какая! Последний раз я мылся пять дней назад, в момент посещения мастерской Карика, и признаться честно, пару крайних дней я только и делал, что чесался! Но вот принимать душ под холодной горной водой я желанием не горел — неприятно, да и заболеть я мог. Мне бы ванну горячую. Кайс увидел эти сомнения в моих глазах и поспешил успокоить:
— Глотнёшь эликсира, и никакая зимняя хворь тебя не проймёт.
— Тогда и от кожных болезней можно будет какой-нибудь эликсир использовать, — предположил я, скидывая с себя поклажу и плащ.
— Можно, но у нас его нет, а чтобы приготовить такой, потребуется использовать магию, — пояснил Вершок, который прошёл чуть дальше по тропе, чтобы не смущать меня своим присутствием — чёртов алкаш, а чувство такта имеется. — За приготовлением нас и могут засечь инквизиторы.
— Всё, закончили разговоры, — приказал Кайс. — Мойся, стирай исподнее, и идём.
Дорога через заваленную камнями равнину, до того места, где мы взбирались по скале от вентиляционной шахты, показалась мне бесконечной. Десятки раз я падал, чувствительно ударяясь коленями, выкрикивая при этом громогласные проклятья в адрес неустойчивых валунов! И как я шёл тут вчера?!!! Как я шёл и не падал?!!!
Спуск на балкон-выступ, прошёл очень спокойно, хотя, после этих долбаных камней, я ожидал всего, что угодно. Хотя, если говорить о том спуске более подробно, ничего со мной и не могло произойти, ведь Кайс обвязал меня верёвкой, и страховал всё время, пока я не очутился на устойчивой поверхности. А вот дальше случилось то, что сделало леденящий тело душ бессмысленным. Тоннель сквозь гору, ближе к дальнему от нас выходу, был завален камнями. Всё время, пока мы расчищали дорогу, Вершок сыпал ужасающие проклятия в адрес своих кровных врагов — инквизиторов. К тому времени, как путь был свободен для прохода, начало темнеть, что означало ещё одну ночёвку в Лаборге.
Зиган первым направился к выходу, но внезапно остановился, и я врезался в его спину.
— Несколько шагов назад, — опасливо велел нам маг. — Выход "запечатан".
Тусклый свет слабо проникал в тоннель через разрушенную крышу прилегающего к горе здания, но даже этого мне хватало, чтобы рассмотреть то, что никакой преграды на нашем пути нет. Хотя, за те семь дней, что я нахожусь в этом Мире, странностей я насмотрелся достаточно, и не верить сейчас Вершку, у меня не было ни единого повода.
— Снимешь или в наглую идём? — спросил Кайс мага.
— Если сниму — всё равно заметят. Могу отодвинуть на время, но это будет мерзко и неприятно для меня.
— Переживёшь, — заявил Крысолов и полез в сумку за эликсиром светоча. — Начинай.
— Почему ему будет неприятно? — не желая громкими словами отвлекать чародея, шепнул я вопрос Кайсу.
— Ему придётся использовать магию, которой пользуются "красные мундиры", — пояснил он мне. — Как только он даст отмашку, прошмыгнёшь в щель, и смотри, не смей задеть "печать".
Какая к бесам "щель"?! Какую "печать" я не должен задеть?! Вы что, товарищи, думаете, я каждый день в "щели" мимо "печатей" ползаю?!!!
— Когда всё будет готово — ты поймёшь, — пояснил Кайс, словно прочитав мои мысли в недоумевающем взгляде.
