И я не стала больше с ней пререкаться, ибо все равно бессмысленно. И ведь не избавишься от нее никак. Не отключишь, не выбросишь. У этого гаджета даже батарейка сесть не могла – он заряжался от всего, имеющего энергию. Если бы Катя была моей настоящей сестрой, то существовала бы хоть какая-то надежда от нее избавиться. А так… видимо, терпеть мне ее до конца моих дней.
Голографическую карту страны она активировала по первому требованию – хоть за это ей спасибо. Правда, сейчас мне стоило огромных трудов заставить себя выбросить из головы все лишнее и сосредоточиться. Это заняло добрых десять минут, но в итоге я все-таки смогла определить местонахождение Лешки. И сейчас он находился именно там, где предсказывала Катя, – в том самом подземном городе, из которого я ушла этой ночью.
– Подозреваю, что мы возвращаемся, – бросила она, поднимаясь и делая вид, что поправляет на себе голографическую футболку.
Отвечать я не стала. Просто закончила одеваться, покидала вещи в рюкзак и направилась к выходу. Да, теперь мой путь лежал обратно, в бункер, и сейчас мне даже хотелось поскорее туда вернуться. Ведь меня там ждал… мой младший братишка.
«А забавно получается, – голос Кати прозвучал в моей голове только спустя час, когда я уже тряслась в междугородном автобусе. – В один день на весы твоей жизни упало сразу два противовеса. Теперь с одной стороны – твой Алексей, который, вероятнее всего, примкнет к «Защитникам свободы» и постарается удержать тебя среди них. А с другой – лорд Эргай, который, как я поняла, сделает все, чтобы тебя от них забрать. Мне вот даже интересно, кого ты выберешь?»
«Отстань. Я не буду никого выбирать».
«Придется, Сашка. Придется».
И, к моему удивлению, она ничего не стала добавлять. Зато я осталась в полном смятении.
А ведь на самом деле, что бы я выбрала: остаться с Лешей в рядах «кротов», как их называл Гай, или сдаться на милость самого Алишера? Странный выбор, в котором оба варианта не казались приемлемыми. Такая дилемма не для меня. А значит, несмотря на утверждение Кати, я не стану никого выбирать. Найду другой выход. Зря я, что ли, оказалась поисковиком? А значит, обязательно найду путь… тот самый, мой, единственно верный. И сделаю все, чтобы не свернуть с него, несмотря на препятствия.
Возвращаясь в бункер, я морально готовилась к упрекам, выговорам, ну или хотя бы к косым взглядам. На деле же оказалось, что местные обитатели просто не заметили моего недолгого отсутствия, а если кто-то и заметил, то не придал этому никакого значения.
Конечно, я сразу же попыталась отыскать Лешу. Прислушиваясь к своему дару, целенаправленно пошла именно туда, где сейчас находился брат, а путь мой явно лежал в больничное крыло бункера. Но, дойдя до нужной двери, я неожиданно остановилась, словно боясь пересечь эту черту. Отчего-то стало страшно. Как меня примет Алексей? Что он скажет? Здоров ли он? Вдруг его покалечили? Или сделали с ним еще что похуже?
На этой мысли я все-таки толкнула створку, перешагнула порог и едва не споткнулась, увидев перед собой закрытую медицинскую капсулу Едва передвигая ноги, подошла ближе, приложила пальцы к прозрачной стеклянной крышке и замерла, глядя на неподвижно лежащего в ней парня.
Леша был без сознания. А может, просто спал? Но сейчас, находясь так близко к нему, я очень хорошо ощущала, как он энергетически ослаблен, но постепенно восстанавливается. И лишь осознав, что он здесь, что ему больше ничего не угрожает, смогла вздохнуть с облегчением.
Лежащий за толстым стеклом молодой мужчина выглядел спокойным и безмятежным. Его лицо стало более угловатым, худым, под глазами залегли тени. Темные волосы – гораздо темнее, чем у меня, – отросли настолько, что их легко получилось бы собрать в небольшой хвостик.
Сейчас на нем не было одежды, и, опустив взгляд от лица Лешки, я с ужасом уставилась на его грудную клетку, где справа на бледной коже ярким пятном выделялась большая рана. Нет, это не было отверстием от пули или ранением колющим предметом. Такая жуть больше напоминала загноившуюся болячку. Выглядела она страшно, а этот умный аппарат, который мы именовали медицинской капсулой, почему-то пока ничего не делал для ее лечения.
– Нагулялась?
Прозвучавший в тишине палаты голос Дариса заставил меня вздрогнуть. Я обернулась, ища его взглядом, и только хмыкнула, увидев Риса на находившейся рядом с капсулой больничной кровати. Он лежал, закинув руки за голову, и, кажется, до моего появления попросту отсыпался.
– Что? – спросила, мгновенно забыв, что он сейчас сказал.
– Нагулялась, спрашиваю? – снова поинтересовался Дарис. – На видеокамерах успела засветиться?
– Думаю, что осталась для них незамеченной, – ответила, глядя на него с улыбкой.
Удивительно, мы не виделись меньше суток, а я уже успела соскучиться. С трудом заставив себя отойти от Леши, я обошла больничную капсулу и присела на край постели Риса. Он сразу поймал мою руку и переплел наши пальцы.
