– Зачем уходила? Почему ничего мне не сказала? – спросил эмпат, глядя в глаза, но сейчас никакого воздействия не ощущалось. Полагаю, ему был важен мой ответ – настоящий, не искривленный чужим вмешательством.
– Хотела проветриться, подумать, – проговорила я, не отводя взгляда, и добавила, желая хоть немного разрядить обстановку: – Весело покаталась на автобусах.
– Откуда взяла деньги на билеты? У тебя ведь не было наличных, – чуть прищурившись, спросил он и сам же предположил: – Ты бы не стала красть. Тебе бы совесть не позволила. Значит, что-то продала. Вопрос: что?
– Прости, – виновато вздохнула, я.
Он же только зло ухмыльнулся и выпустил мою ладонь. Повисла пауза: долгая, неприятная. Тяжелая. Я чувствовала свою вину перед Рисом, но понятия не имела, что теперь говорить. Как оправдываться? Ведь он прекрасно знал, что из всех возможных ценностей у меня были только те самые серьги – его подарок. Подарок… с которым я так легко рассталась при первой же возможности.
Рис молчал, уставившись в потолок. На меня больше не смотрел, хмурился, и вообще всем своим видом выражал обиду. И если бы у нас с ним были нормальные романтические отношения, это стало бы поводом для размолвки, долгих обид, но в нашем случае все обстояло иначе. Мы не были парой – увы, проведенная вместе ночь не смогла ничего изменить. Я относилась к Дарису как к другу – лучшему, любимому, единственному, очень дорогому сердцу, но все же только другу. Да и он явно не испытывал ко мне каких-то сильных чувств. Между нами была сильная взаимная симпатия, нам было приятно проводить вместе время, и до сегодняшнего дня я считала, что этого достаточно. Но всего один разговор с Гаем умудрился снова перевернуть мое восприятие жизни с ног на голову.
Нет, я не поверила его обвинениям в адрес Риса, не могла даже допустить мысли, что этот парень был способен так просто меня убить. Но неожиданно для себя осознала всю разницу между моим отношением к двум этим мужчинам. Признаться честно, рядом с Дарисом мне было просто комфортно, легко и удобно, без каких-либо эмоциональных всплесков, в то время как рядом с Алишером я испытывала такие сильные эмоции, что начинала бояться саму себя. И пусть с Эргаем нас разделяла пропасть, преодолеть которую вряд ли когда-то получится, но и довольствоваться фальшивыми отношениями я больше не собиралась.
Есть старая поговорка про синицу и журавля. В ней, кажется, говорится, что лучше синица в руках, чем журавль в небе. Но я не хотела синицу. Не потому что она плохая, а потому что не моя, не для меня. Да, журавль – высоко в небе, до него не дотянуться, его не поймать, но… пусть лучше так. Пусть лучше я останусь без ничего, чем с чем-то, что мне не по сердцу.
– Слушай, Рис, – начала я, присев удобнее. – Ну, хочешь, я поеду и выкуплю обратно эти серьги? Но скажи, как бы ты поступил на моем месте? Если бы тебе срочно понадобилось уйти, а денег не было?
Он странно улыбнулся, но ответил, все так же глядя в потолок:
– Продал бы побрякушки.
– Так и почему меня обвиняешь?
– Ну, ты же не я.
– Да перестань, – бросила я, вздохнув. – Серьезно. Мне нужно было выбраться наверх. Мозг проветрить. Мысли по полочкам расставить. И… спасибо тебе за Лешу.
– Пожалуйста, – хмыкнул Дарис.
– Я правда безмерно тебе благодарна. Ведь почти потеряла надежду. Думала, что больше никогда его не увижу.
– Но я же дал тебе слово, что мы спасем твоего брата, – в его голосе прозвучала плохо скрытая обида. – А ты, значит, мне не поверила.
В палате снова повисла тишина, разбавляемая лишь редким писком датчиков медицинской капсулы. Рис все так же лежал, с отрешенным видом взирая в никуда, а я смотрела на него, не зная, что еще сказать в свое оправдание. И тут в памяти само собой всплыло серьезное лицо Гая, его резкие черты, и я вдруг с удивлением заметила, что у них с Рисом абсолютно одинаковые профили – настолько похожие, будто сделанные под копирку.
Эта мысль потянула за собой другую: ведь если верить словам Алишера, то они с Дарисом прекрасно знакомы. Катя рассказывала про Эргая, что он средний сын в семье. Рис говорил, что у него есть два старших брата. Так… могут ли эти двое оказаться родственниками?
Вопрос был интересным, и, чуть склонив голову набок, я принялась выискивать во внешности Дариса другие черты сходства с Гаем. И, как ни странно, таких оказалось немало. Их волосы имели один и тот же оттенок, у них была одинаковая форма подбородков, линия скул. Похожий разлет бровей. Правда, Рис все равно выглядел гораздо смазливее, да и разрез глаз у него оказался другой, ну и, собственно, их цвет. Но в целом…
– Слушай, скажи, а лорд Эргай тебе случайно не родственник? – спросила я в лоб.
И по тому, как мой друг неожиданно закашлялся, подавившись воздухом, поняла – догадка верна.
– Конечно, нет! – выпалил он, даже соизволив сесть. – Как такая глупость вообще могла прийти тебе в голову?!
И посмотрел на меня с таким искренним возмущением, что стало смешно.
– Вы похожи. А я как раз сегодня видела его по телевизору.
