– Есть два варианта, – наконец заговорил Элдарион. – Для снятия печати такого уровня нужен её создатель, а значит, мы должны отнести её к Аббадону. Либо объединённые усилия двух правителей, вступивших в родовую силу. Один стоит перед тобой, а второй…
– Мой отец, – сказал я, и кожа на затылке стянулась от жара.
– Да. И я даже не знаю, какой из вариантов опаснее.
– Риансу путь в Долину заказан, – тихо проговорил Андрас. – Я же изгнанный демон, страж, приставленный Лашарель. Повелитель об этом не знает.
– Тогда остаётся Драэль-Мор, – констатировал я, глядя на Дара. – Но чтобы добраться до него, она должна перестать гореть, иначе ей не пережить перехода через портал.
Ответом стал резкий взрыв, как будто пламя услышало и разгневалось. Оно сорвалось, ударив вверх, и Андрас, вздрогнув подбородком, перехватил его тьмой. Кольцо сомкнулось, но дало трещину.
– У неё заканчивается время, – прошипел Андрас, сдерживая новую волну.
Его зрачки сузились, а губы побелели в сдерживаемом напряжении.
– Если мы не найдём способ стабилизировать стихию, она не доживёт до рассвета.
Я выругался сквозь зубы.
– Тогда стабилизируем.
– Как? – с тенью настороженности спросил Дар. – У тебя есть идея?
Я опустился на колено рядом с её телом. Вдох. Выдох. Мысли закрутились. Нужен план, как при расстановке сил на поле боя, где у магии есть логика.
– Потоки нестабильны, потому что магия вырывается через запертую суть, идёт через её тело, как через сосуд, не предназначенный для такого давления. Нам нужно пустить силу по внешнему контуру обратной цепью.
– То есть? – кажется, Андрас уловил мою идею.
– Мы выстраиваем второй канал, параллельный. Я стабилизирую воздухом, ты – тьмой. Мы замыкаем круг, забирая часть магии на себя. Не подавляем, не преграждаем, а отводим.
– Это опасно, – предупредил Дар. – Она может почувствовать сопротивление и усилить давление.
– Я не собираюсь сопротивляться. Я собираюсь дышать вместе с ней её огнём. Втянуть, стабилизировать, направить. Поглощение без разрушения, как в эльфийских кругах перенаправления.
– Ты уверен? – эльф недоверчиво смотрел мне в глаза, словно искал подтверждение моей осознанности. – Это балансирование на грани. Ты получишь по венам магму.
Я кивнул.
– По крайней мере, это не смерть.
Андрас коротко выдохнул. Его пальцы едва заметно дёрнулись, и тьма у ног заволновалась, тоже слушала.
– Я с тобой, – буркнул он. – Но если почувствую, что она теряет ещё – вырублю тебя первым.
– Договорились, – согласился я.
– По местам, – скомандовал Элдарион и стал формировать круг, вплетая в пол линии из чистой энергии.
Мы встали на круг: я справа от неё, Андрас слева, Элдарион занял вершину нашего треугольника. Линии магии, вплетённые в пол, уже пульсировали как живые. Тьма мягко опустила Астарту к плитам пола.
Моя ладонь дрожала, когда я положил её на мраморный пол рядом с её телом. Только бы успеть! Пламя отступало, но не сдавалось. Оно сжималось, как зверь, загнанный в угол, готовый броситься на любого, кто приблизится. Но именно это нам было нужно – запертая энергия, сконцентрированная, направленная.
– Готов? – Элдарион не поднимал головы, его голос звучал, как часть потока.
Я не ответил, просто замкнул дыхание и сосредоточился. Внутри уже нарастал гул, воздух под кожей начал вибрировать. Вены будто налились ртутью.
– Вдох, – наставлял Элдарион. – Медленно.
Я втянул в себя воздух и начал вести потоки. Воздушная магия слетела с пальцев, лёгким касанием пробежалась по обжигающему жару вокруг неё… Сопротивление было мгновенным – её магия ударила по моей, как кулак по стеклу.
– Спокойно, – произнёс Андрас. – Ты не борешься. Ты – дыхание, пульс. Не плоть, а вектор.
Я изменил ритм. Направил воздух не в сопротивление, а в скольжение. Провёл по периметру, как по шкуре раненого зверя – не гладить против, только по волокну.
Пламя дёрнулось, я ощутил это всем телом. Вдох – и частичка жара прошла по моим потокам, оставляя след боли, словно жилы изнутри полоснули огнём. Но я принял его и продолжил дышать.
Тени Андраса сомкнулись чуть позже. Он не церемонился: его магия была прямой, давящей, но в этот раз не разрушающей. Он создавал второй контур, параллельный моему. Вместе мы начали формировать каркас.
– Она реагирует, – прошептал я, чувствуя, как вибрации круга усиливаются. – Магия чувствует круг.
– Мы забрали давление, – так же тихо отозвался Элдарион. – Но это нестабильно. Держим до конца.
Я посмотрел на её лицо: ресницы дрожали, щёки вспыхивали и бледнели, губы приоткрыты. Дыхание почти отсутствует, но она жива. Сила, пульсирующая в её теле, продолжала пытаться вырваться, но теперь – через нас.
Я стал якорем. Огонь проходил сквозь меня, как расплав сквозь форму. Он всё ещё обжигал, но уже не разрывал изнутри. Я чувствовал силу, будто в грудь вбили осколок солнца – горячее, живое, моё.