Его взгляд размягченно остановился на одной паре. Прекрасно они смотрелись рядом – широкоплечий мужчина и стройная хрупкая девушка. В идеальном ритме счастья двигались их тела. Счастьем было то, что они здесь в этот час – и вместе.
Танец оборвался. После аплодисментов он возобновился, и еще раз оркестр играл на
Если бы ее глаза только смеялись! Пуаро с сомнением покачал головой.
«Что-то заботит малышку, – сказал он про себя. – Что-то не так. Да-да, не так».
Тут его слуха коснулось слово: Египет.
Он ясно слышал их голоса – девушкин, молодой и свежий, напористый, с чуть смягченным иностранным «р», и приятный, негромкий голос хорошо воспитанного англичанина.
– Я
– Зато
– Чепуха, это прямо для тебя работа.
– Честно говоря, мне тоже так кажется... Насчет своей пригодности у меня нет сомнений. Тем более что я очень постараюсь – ради
Девушка тихо рассмеялась безоглядно счастливым смехом.
– Переждем три месяца, убедимся, что тебя не уволят, и...
– И я выделю тебе долю от нажитого добра – я правильно уловил мысль?
– И мы поедем в Египет в наш медовый месяц – вот что я хотела сказать. Плевать, что дорого! Я всю жизнь хочу поехать в Египет. Нил... пирамиды... пески...
Мужской голос прозвучал не очень отчетливо:
– Мы вдвоем увидим все это, Джеки... вдвоем. Будет дивно, да?
– Мне – да, а тебе? Интересно... ты правда этого хочешь так же сильно, как я?
Ее голос напрягся, глаза округлились – и чуть ли не страх был в них.
Ответ последовал быстрый и резковатый:
– Не глупи, Джеки.
– Интересно... – повторила девушка.
И передернула плечами.
– Пойдем потанцуем.
Эркюль Пуаро пробормотал под нос:
–
– А вдруг с ним чертовски трудно ладить? – сказала Джоанна Саутвуд.
Линнет покачала головой:
– Не думаю. Я доверяю вкусу Жаклин.
На это Джоанна заметила:
– В любви люди всегда другие.
Линнет нетерпеливо мотнула головой и переменила тему:
– Мне надо к мистеру Пирсу – насчет проекта.
– Насчет проекта?
– Насчет развалюх. Я хочу их снести, а людей переселить.
– Какая ты у нас тонкая и сознательная, душка.
– Эти дома все равно надо убирать. Они испортят вид на мой бассейн.
– А их обитатели согласятся выехать?
– Да многие за милую душу! А некоторые – такие зануды. Не могут уразуметь, как сказочно изменятся их условия жизни.
– Я знаю, ты не упустишь наставить их уму-разуму.
– Ради их же пользы, дорогая Джоанна.
– Конечно, дорогая, я все понимаю. Принудительное благо.
Линнет нахмурилась. Джоанна рассмеялась:
– Не отпирайся,
– Я ни капельки не тиран!
– Но ты любишь настоять на своем.
– Не очень.
– Погляди мне в глаза, Линнет Риджвей, и назови
– Я тебе назову тысячу раз.
– Вот-вот: «тысяча раз» – и ни одного конкретного примера. Ты не придумаешь его, сколько ни старайся. Триумфальный проезд Линнет Риджвей в золотом авто.
– Ты считаешь, я эгоистка? – резко бросила Линнет.
– Нет, ты победительница – только и всего. Благодаря союзу денег и обаяния. Все повергается перед тобой. Чего не купят деньги – доставит улыбка. Вот это и означает: Линнет Риджвей, Девушка, у Которой Все Есть.
– Не смеши меня, Джоанна.
– Разве не правда, что у тебя все есть?
– Пожалуй, правда... Дикость какая-то!
– Еще бы не дикость! Ты, наверное, иногда сатанеешь от скуки и
– Не городи чушь, Джоанна. – Обернувшись к вошедшему лорду Виндлшему, Линнет сказала: – Джоанна говорит обо мне страшные гадости.
– Из вредности, дорогая, исключительно из вредности, – рассеянно отозвалась та, поднимаясь с кресла.
Она ушла, не придумав повода. В глазах Виндлшема она отметила огонек.
Минуту-другую тот молчал. Потом прямо перешел к делу:
– Вы пришли к какому-нибудь решению, Линнет?
Она медленно выговорила:
– Неужели придется быть жестокой? Ведь если я не уверена, мне нужно сказать: нет...
Он остановил ее:
– Не говорите! Время терпит – у вас сколько угодно времени. Только, мне кажется, мы будем счастливы вместе.
– Понимаете, – виновато, с детской интонацией сказала Линнет, – мне сейчас так хорошо – да еще все это в придачу. – Она повела рукой. – Мне хотелось сделать из Вод-Холла идеальный загородный дом, и, по-моему, получилось славно, вам не кажется?
– Здесь прекрасно. Прекрасная планировка. Все безукоризненно. Вы умница, Линнет.
Он помолчал минуту и продолжал:
– А Чарлтонбери – ведь он вам нравится? Конечно, требуется кое-что подновить и прочее, но у вас все так замечательно выходит. Вам это доставит удовольствие.
– Ну конечно, Чарлтонбери – это чудо.
