– Бог с вами, мосье Пуаро! Ну
– Вот этого я и не могу понять. Мистер МакНабб, у меня создалось впечатление, что у вас на все готов ответ. В таком случае объясните мне смысл исчезновения старых фланелевых брюк;
Колин впервые смутился. Он покраснел и, кашлянув, произнес:
– Я мог бы вам объяснить, но это довольно сложно и... неловко.
– Понятно, вы не хотите ставить меня в неловкое положение, верно?
Пуаро внезапно подался вперед и похлопал молодого человека по коленке:
– А чернила, которыми залили конспекты, а шарф, изрезанный на мелкие кусочки, – вы и к этому относитесь как к проявлениям «комплекса Золушки»?
Куда только девался благодушный менторский тон Колина!
– Нет, – сказал он. – Поверьте, я встревожен. Дело серьезное. Девушку нужно лечить, причем
– Значит, вам известно, кто она? – прервал его Пуаро.
– Скажем так: у меня есть основания подозревать кое-кого.
Пуаро пробормотал, как бы подводя итог рассуждениям:
– Девушка, не имеющая особого успеха у мужчин. Робкая. Привязчивая. Не очень быстро соображающая. Неудовлетворенная жизнью и одинокая. Девушка...
В дверь постучали. Пуаро замолк. Стук повторился.
– Войдите! – крикнула миссис Хаббард.
Дверь открылась, и в комнату вошла Селия Остин.
– Ага, – кивнул Пуаро. – Так я и думал: мисс Селия Остин.
Селия с тоской посмотрела на Колина.
– Я не знала, что ты здесь, – сказала она прерывающимся голосом. – Я пришла, чтобы...
Она глубоко вздохнула и кинулась к миссис Хаббард.
– Пожалуйста, прошу вас, не вызывайте полицию! Это я виновата. Вещи брала я. Не знаю почему. Сама не понимаю. Я не хотела. На меня вдруг что-то нашло. – Она обернулась к Колину. – Теперь ты знаешь, на что я способна... и, наверно, даже видеть меня не захочешь. Я знаю, я – ужасная.
– Вовсе нет, с чего ты взяла? – сказал Колин. Его бархатный голос был теплым и ласковым. – Ты просто немножко запуталась, вот и все. Это такая болезнь... от искаженного восприятия действительности. Доверься мне, Селия, и я быстро тебя вылечу.
– Да, Колин? Правда?
Селия глядела на него с нескрываемым обожанием.
Он отеческим жестом взял ее за руку.
– Но теперь все будет хорошо, и тебе не придется нервничать. – Он поднялся со стула и жестко посмотрел на миссис Хаббард. – Я надеюсь, – сказал он, – что больше не будет никаких разговоров про полицию. Ничего действительно ценного украдено не было, а все, что Селия взяла, она вернет.
– Браслет и пудру я вернуть не могу, – встревоженно перебила его Селия. – Я их выбросила... в туалет. Но я куплю новые.
– А стетоскоп? – спросил Пуаро. – Куда вы дели стетоскоп?
Селия покраснела:
– Никакого стетоскопа я не брала. Зачем мне этот дурацкий стетоскоп? – Она зарделась еще больше. – И я не заливала чернилами конспекты Элизабет. Я не способна на такую низость.
– Но шарфик мисс Хобхауз вы все-таки разрезали на мелкие кусочки, мадемуазель.
Селия смутилась и, запинаясь, ответила:
– Это совсем другое. Я хочу сказать, что Валери на меня не
– А рюкзак?
– Я его не трогала. Но тот, кто его разрезал, сделал это просто со зла.
Пуаро взял реестр украденных вещей, который он переписал из блокнота миссис Хаббард.
– Скажите мне, – попросил он, – и я надеюсь, что теперь-то вы скажете правду. Что вы взяли из этого списка?
Селия взглянула на листок и тут же ответила:
– Я ничего не знаю про рюкзак, электрические лампочки, борную кислоту и соль для ванны, а кольцо я взяла по ошибке. Как только я поняла, что оно дорогое, то сразу его вернула.
– Понятно.
– Я не хотела поступать бесчестно. Я просто...
– Просто что?
Взгляд Селии стал затравленным.
– Не знаю... правда, не знаю... У меня в голове такая каша...
Колин властно вмешался:
– Я буду вам очень признателен, если вы оставите Селию в покое. Обещаю, что больше это не повторится. Отныне я полностью за нее отвечаю.
– О, Колин, какой ты
– Я хочу, чтобы ты побольше рассказала мне о своей жизни, о детстве. Ведь твои отец и мать не очень ладили между собой?
– Да, это был сплошной
– Так я и думал. А...
Миссис Хаббард резко прервала его, заявив:
– Хватит, замолчите. Я рада, что вы, Селия, пришли и во всем сознались. Вы причинили нам много беспокойства и неприятностей, и вам должно быть стыдно. Но я верю, что это не вы вылили чернила на конспекты Элизабет. Это на вас совершенно непохоже. А теперь уходите оба. Я от вас устала.
Когда дверь за ними закрылась, миссис Хаббард глубоко вздохнула.
– Ну, что вы обо всем этом думаете?
В глазах Пуаро заплясали искорки.
– По-моему, мы присутствовали при объяснении в любви... на современный лад.
Миссис Хаббард возмущенно взмахнула рукой:
– Господь с вами!