— По такой же — самой короткой. В нашем случае это винтовая линия, — ответил Франц. — Мы движемся по траектории с равномерной кривизной порядка двенадцати сантиметров на километр. Как на Земле. То есть, собственно, если ты вытянешь Землю в виде трубы, мы будем двигаться витками по её внешней поверхности. — Он сделал пальцем несколько вращений. — Если мы правы — а до сих пор мы не ошибались, — впереди нас ожидают большие неприятности. Такой переход жизненно необходим. И желательно, чтобы после него мы оправились как можно скорее, а не валялись несколько дней в изменённом состоянии сознания.
— Где в таком случае должна находиться Саар, когда будет перебрасывать корабль? Ведь ей надо быть на палубе. Она сумеет самостоятельно вернуться внутрь?
— Зависит от условий, — ответил Франц. — Но неужели ты считаешь, что мы станем рисковать Саар?
— Я не знаю, чем вы готовы рисковать.
— Ты готов многим, — заметил Джулиус. — Хочешь, чтобы эксперимент поставили на тебе.
— Мне сейчас особо нечем заняться.
— В определённом смысле это очень хорошо, — серьёзно ответил Франц. — Это хорошо, что тебе нечем заняться.
Кан только криво усмехнулся.
Он ушёл в медотсек проведать Кеплера, но состояние кота не изменилось. Вайдиц и Ева продолжали искать решение. Остаток дня он просидел в каюте, следя за новостями, которые выкладывала Мика. Его опасения отчасти подтвердились: время за пределами их трубы текло медленнее, но за четыре часа разница набегала небольшая, и пока этой величиной можно было пренебречь. Появились и плохие новости. Одна мышь умерла. Состояние второй не улучшилось. Кеплер продолжать падать. Но братья не собирались отступать. Эксперимент с участием человека был назначен на завтра. И этим человеком был не Кан. Им стал Вальтер.
Его дар оказался и проклятием, и благословением. Прежде всё то, что можно было узнать с его помощью, несло одни огорчения, однако здесь, в аномалии, дарило больше преимуществ, чем он мог себе вообразить. Весь корабль лежал перед ним как на ладони, каждый член экипажа был прозрачен в своих мотивах и желаниях. Месяц назад ему бы и в голову не пришло, что такая информация может для чего-то сгодиться, да и сейчас он не до конца понимал, что с ней делать. И всё же… Он первый —
Он смотрел на братьев, пожелавших встретиться с ним этим вечером, и знал, как надо разговаривать, чтобы одержать верх. Он смотрел на Саар, которая тоже сидела в аппаратной, и видел за её иссушенным телом столь же иссушенную душу, голодного паразита, готового присосаться к любому, кто подойдёт достаточно близко. И он мысленно смеялся над ней, потому что её новый любовник, оборотень, не утолит этого голода. Скорее, он сам её сожрёт.
— Вальтер, тебе ещё не надоело бездельничать? — спросил Франц.
Он видел, что близнецы устали, что они голодны и испытывают боль, хотя великолепно это скрывают. Даже ему оказалось непросто её разглядеть.
— Мне не давали заданий. Я жду, когда появятся Соседи или кто-нибудь ещё.
— Адмиралу их тоже не давали, но он нашёл себе занятие в первый же день.
— Это его дело. Я жду задания.
Братьям не нашлось, что возразить. Формально он был прав: они — руководители экспедиции. Пусть сами дают поручения, если их так раздражает его безделье.
— Насколько я понимаю, Тома не ответила на ваши вопросы, — сменил он тему.
Братья не стали врать.
— У неё было видение, — спокойно ответил Франц, — хотя отвечать на вопросы она действительно отказалась.
Он посмотрел на Саар. Старуха сидела, сгорбившись; её длинные белые волосы свисали по обе стороны лица, контрастируя с тёмным узорчатым халатом. Я тебе не нравлюсь, подумал он, и ты мне тоже. Но твоя власть над Томой скоро кончится, не обольщайся.
— Ты ведь выходил на палубу, — сказал Джулиус, — видел туман. Тебе не показалось, что в его движениях есть система?
— Я не всматривался, — ответил он и тут же пожалел об этих словах. Но братья не воспользовались его ошибкой, не ухватились за фразу. Похоже, именно такого ответа они и ожидали.
— Знаешь, какой эксперимент госпожа Саар проводила сегодня днём? — спросил Франц.
— Конечно! — сказал он, раздражаясь, что близнецы говорят с ним как с недоумком.
— В таком случае считай, что у тебя появилось задание, — в голосе Джулиуса чувствовался едва заметный сарказм. — Завтра госпожа Саар будет работать с человеком. То есть с тобой.
— Со мной? — переспросил он, не веря своим ушам. — Это шутка такая?
— Я похож на шутника? — осведомился Джулиус.
— Кот вернулся полумёртвым!
— Ты был в медотсеке? Узнавал, как у него дела?
Он не ответил. Подобная мысль даже не приходила ему в голову.
