— У меня нет фантомов, — произнёс голос. — Я сам — фантом.
Кан покачал головой.
— Это ты обстреливал наши зонды?
— Нет. А кто сюда идёт? Кто-нибудь вроде тебя? Тот, кто мечтает приложить руку к нашим откровениям?
— Я тебя найду, — пообещал Кан. — Найду и посмотрю, как ты заговоришь, когда встретишься вот с этим. — Он поднял руку и вытянул лезвия. Голос тихо засмеялся.
Значения чисел на мониторах приближались к нулю. Он следил за их бегом, отражавшим затухание мелодии, которая открывала коридор в иные миры, и когда все они показали «ноль», экраны озарились надписью «Аварийное отключение». Резонатор встал.
Он быстро спустился вниз, убедился в отсутствии между камертонами круглого свечения, отыскал лабораторию, на которую указали ему братья, и бросил на пол заклинание портала. Оставалось послать сообщение на зонд, оставленный за пределами досягаемости орудий «Эрлика», и можно было спокойно заняться своими делами.
Через минуту после того, как «Грифон» вошёл в петлю, Саар поняла, что ей придётся пробыть на палубе все четыре часа перехода.
Дополнительное измерение добавляло пространству рыхлости; Саар казалось, что она копается в чём-то лёгком и неуловимом, словно пух, чему сложно придать определённую форму. Но она упорно искала правильные движения, которые позволили бы ей создать пространственную спираль и защитить от излучения себя и корабль.
Она стояла в скафандре, прикреплённом к палубе фалами, с включёнными магнитными ботинками. Внутренняя поверхность шлема представляла собой экран, на котором было зеленоватое изображение палубы и далёких Соседей. Её собственные глаза в этой темноте ничего бы не разглядели. На Соседей она не отвлекалась, и спустя десять минут «Грифон» был закрыт от основных потоков разрушительных частиц. Изображение на экране шлема, всё это время искажавшееся и дрожавшее, скривилось ещё больше из-за пространственной спирали. Однако Саар беспокоила вовсе не темнота. Она чувствовала, что спираль развернётся в своё прежнее состояние, как только она перестанет её поддерживать.
— Саар? Вы как? — услышала она в наушниках голос Евы.
— В порядке. Останусь здесь до конца. Спираль раскручивается, если я её отпускаю. А как там внизу?
— Ощущения довольно необычные.
— Вы не делали себе укол?
— Нет. Надо понять, что происходит при длительном пребывании в этом пространстве.
Саар промолчала.
— Если будет что-то необычное, говорите немедленно, — произнёс другой голос, Джулиуса. — Изменения в текстуре, поведение Соседей… Пока нам трудно понять, на каком они расстоянии. Придётся делать поправки из-за искажений. Но вы почувствуете, если они приблизятся — тогда вам придётся непросто.
«Ты говорил мне это сто раз за последние сутки, — подумала Саар с раздражением. — У тебя склероз, если не хуже».
Она покосилась на жёлтый таймер: прошло всего двадцать минут.
Поначалу спираль не требовала больших усилий — только внимания, — но через час её мнение на этот счёт изменилось.
— Меню, — проговорила она, и слева на экране высветилось несколько строчек. — Лекарство.
Лекарство Евы снимало усталость и повышало концентрацию. Инъекции хватило ещё на час. В начале третьего часа Саар начала замечать изменения в поведении Соседи.
— Джулиус, — сказала она. — Ты это видишь?
— О да, — немедленно откликнулся близнец. — Ещё как.
— Похоже, они сближаются.
За последний час Соседей стало больше. Корабельному компьютеру — или близнецам, — удалось вычислить условные расстояния, хотя только в трёхмерных координатах, и сделать ближайшие к кораблю точки ярче. Схема на экране шлема показывала их так, словно спирали вокруг «Грифона» не было. Её частичная открытость позволяла следить за их перемещениями в реальном времени. Соседи продолжали летать без видимой системы во всех направлениях, однако постепенно Саар начала замечать, что несколько огоньков держатся параллельно кораблю, не выделывая никаких парадоксальных движений, не сливаясь друг с другом и не разделяясь. А потом её спираль начала искажаться, разматываясь и вытягиваясь вверх, словно горб.
— Что за чёрт, — пробормотала Саар, пытаясь её выправить. Один из ближайших огоньков становился ярче. — Насколько они тяжёлые?
— Очень тяжёлые, — откликнулся Джулиус. — Если их соберётся несколько, мы на них упадём.
Огонёк пролетел дальше, и Саар, исправив спираль, завернула «Грифон» плотнее. Может, так они его не заметят? Она начала экспериментировать — сперва осторожно, пытаясь лучше разобраться в законах здешнего пространства, потом более активно, но похоже, что её действия только привлекли их внимание. Скоро огней поблизости стало ещё больше, и их масса начала влиять на манипуляции Саар куда сильнее, чем прежде.
— Раскройте «Грифон», — сказал Джулиус. — Пусть они на него посмотрят. Потом закройте опять. Главное, чтобы они нас пропустили.
