Друид, считавший, что появление этой компании не предвещает ничего хорошего, всё-таки вышел на поляну.
– Будь так добр, открой ворота в Город Чёрных.
Зеленоглазый мужчина отрицательно покачал головой.
– Почему?
– Ни к чему тревожить их покой.
– Да ладно тебе, – легкомысленно отозвался Антар. – Мы не собираемся там мародёрствовать. Просто погуляем.
– Это всё равно, что гулять на погосте.
– Если кладбище красивое, то почему бы не погулять? К тому же, с чего такие ассоциации? Там никто не погиб.
– А как же сотни Чёрных, отказавшихся признать Серого своим царём?
– Он их, конечно, прирезал, но сначала выпустил, – резонно заметил Антар. – На вивернах по подземелью не очень сподручно. А по этому поводу тоже есть романтичная легенда? – обернулся он к Камилле.
– Эм… да, только там говорится о том, как царь Серых фейри самоотверженно освободил заточённых сородичей и они все объединились под его рукой.
– В принципе правильно: кого не перерезал, те объединились. Лесные после этого вообще были очень сговорчивы.
– Ни я, ни даже ты, не имеем права там находиться, – сурово ответил друид. – Я не стану потакать твоим прихотям, Нездешний.
Антар некоторое время пристально смотрел на лесного жителя, а потом, не отводя взгляда, сказал:
– Ламберт, прикажи ему.
– Почему я? – удивился тот.
– Он обязан тебе подчиниться. Именно с помощью друидов людям когда-то удалось запереть фейри. Так что в качестве компенсации был заключён договор…
– Не обязан, – тут же заявил Виллин. – Он человек.
– Спорное утверждение, – парировал мужчина.
– Но не фейри же! У него вон, – друид кивнул на Камиллу, – жена есть.
– И что? У Кэролина тоже есть. Это ничего не доказывает.
– Да, но он-то, – кивок в сторону Ламберта, – свою любит.
– А ты им что, свечку держал? – невинно осведомился Антар. – К тому же, в договоре сказано «Народ Холмов», а не фейри, он из Народа Холмов. Так что открывай.
– Народу Холмов нечего делать в городе Чёрных, – угрюмо ответил его оппонент.
– Что-о-о? – Антар сделал страшные глаза. – Ты это сейчас самому Кэролину пойдёшь рассказывать.
Ламберт обернулся к Камилле.
– Народ холмов – синоним Серых фейри, – дала она историческую справку.
– Да он даже не знал о воротах, – едва не простонал друид.
– Ну, теперь я ему рассказал, – невозмутимо ответил Антар. – А знание – сила.
Прошипев себе под нос что-то явно ругательное, друид рассыпался грудой прошлогодних листьев.
– Виллин, – сказал Нездешний, демонстративно разглядывая свои ногти, – ты что, в прятки собрался играть? Со мной? Я твою ауру с закрытыми глазами вижу.
Друид снова появился перед ним. Выглядел он разъярённым.
– Ламберт, – обратился Антар к своему спутнику, – представь, что паришь верхом на виверне, и скажи: «Виллин, приказываю тебе открыть ворота». Только лицо ещё такое сделай, как будто смотришь на него, как на помёт дикого кабана.
Барон фон Штосс вопросительно воззрился на друида. Тот махнул рукой.
– Ладно.
– Ждать нас не надо, – сказал Виллину на прощание Антар, – изнутри я сам открою.
Они отошли уже давольно далеко по появившейся в горе штольне, когда Антар позволил себе тихо рассмеяться.
– Здорово мы его. Я уж побоялся, что не уболтаем. Ты молодец, что промолчал. Фактически, ты действительно человек, пусть и слегка… – он неопределённо пошевелил в воздухе пальцами, – модифицированный. Но принуждение всё равно бы не сработало.
– Я что, полукровка? – спросил маг. – На это ты всё время намекал?
– «Полукровка» – неподходящее в данном случае слово. Вопреки расхожему мнению, – тут он посмотрел на Камиллу, – люди и фейри не относятся к разным видам. Это скорее вопрос… воспитания. Да, можно так выразиться.
– То есть из ребёнка двух людей можно воспитать фейри? – не поверил Ламберт.
– Чаще всего так и происходит. Фейри были созданы по образу и подобию людей, и даже генетически с ними совместимы, но создатель их был тогда не очень опытен. Эти лично бессмертные существа лишены инстинкта размножения. Обычно они просто воруют у людей младенцев. Хотя некоторые из них озабочены династическими связями… или же хотят иметь ребёнка со своим генотипом из тщеславия. Уж чего-чего, а тщеславия им не занимать. Тогда берётся человеческая женщина и соблазняется. По мирским меркам фейри очень привлекательны.
– По мирским? Что это значит?
– А, это мы так в Сварге говорим… по меркам людей других миров.
– А у вас что, фейри прекрасными не считают?
– Как бы сказать… – задумался Антар. – У нас их считают красивыми в том смысле, в котором ты бы могла назвать красивым грациозного оленя. Но это же не повод иметь от них детей. Вообще у нас фейри рассматривают как… ну, не вполне полноценных, что ли. К ним относятся доброжелательно, даже тепло, но не на равных. Я не представляю, чтобы девушка, выросшая в Сварге, выбрала себе фейри в мужья. Хотя они были бы не против, конечно.
– Почему?
