Строгановы создали в Приуралье, на Чусовой с центром в Соли Вычегодской, целую империю. Это была династия купцов и заводчиков, настоящих строителей государства, «опора и надёжа» царя во всех его делах и начинаниях, как экономических, так и военных. Строгановы, Демидовы, позже Путиловы, Морозовы, Рябушинские…
Начинали они в Туле, Калуге, Москве. Но потом их неуёмная энергия выплеснулась в Заволжье, на новые земли. После взятия Казани и Астрахани и сама Волга, и её берега до самых Уральских гор стали активно осваиваться русскими переселенцами. Рабочих рук, в том числе и специалистов разных профессий, хватало. Их-то и нанимали предприимчивые заводчики, привязывали кого копейкой, а кого и рублём к своему делу. И потекло злато-серебро в обширные строгановские лари. Основным источником богатства семейства ещё при основателе строгановской империи, выходце из Новгородских мест Фёдоре Лукиче стал соляной промысел. Соляные варницы строились на новых землях, приобретаемых на вырученные деньги, после тщательных инженерных изысканий. Нанимались новые рабочие. Дело продолжил сын Фёдора Лукича – Аникей Фёдорович. Он оказался ещё более цепким и оборотистым. Успешно занимался хлебными откупами, в том числе поставлял зерно в Москву. По доверенности последней собирал и хранил оброчное зерно, для чего имел достаточный штат помощников, а по сути дела чиновников на службе по найму. Аникею доверял сам государь. В 1557 году Аникей срочно отправился в Москву, предстал пред очи Ивана Грозного. Разговор с царём и достигнутое согласие во многих делах принесли Строгановым новые льготы и новые возможности. Иван Васильевич доверил Аникею Фёдоровичу присматривать за внешней северной торговлей. Чтобы уследить за хитрыми англичанами, нужен был именно такой, как Аникей, – умный, хитрый, прожжённый в торговых делах. Англичане приходили в основном в Архангельск, там и обделывали свои дела. В первую очередь от них требовалось строгое соблюдение целой системы запретов: им нельзя было вести розничную торговлю, скупать и вывозить железо, пеньку и прочее, в чём остро нуждалась сама Россия. Аникей успешно сочетал в себе талант государственного человека, промышленника и купца.
Но не только соляные варницы, хлебные откупа и выгодное тесное общение с английскими купцами приносили прибыли.
В это же время начал развиваться пушной промысел, увеличились поставки соболя, лис, в том числе и чернобурок, в Москву. Казне не хватало денег, и ценные сибирские меха в сделках с иностранцами вполне заменяли серебро и золото.
Одновременно развивались традиционные промыслы: изготовление деревянной и керамической посуды, смолокурение, выгонка дёгтя. Добывали руды для выплавки железа и чугуна и изготавливали плотницкий, столярный инструмент и сельскохозяйственные приспособления. В многочисленных кузницах не остывали горны, готовая кузнь для речных судов, жилых домов и хозяйственных построек, крепостных ворот и стен, церквей и речных причалов развозилась по всем ярмаркам и пользовалась большим спросом. Когда Строгановы получили у Москвы разрешение на строительство острогов, сразу же, и тоже по согласию метрополии, начали отливать пушки. Следует заметить, что одну из них, небольшую, в несколько пудов, спешно по велению Максима Строганова отлили в Орёл-городке и преподнесли дружине Ермака. Развивали солепромышленники книжное дело и летописание. Искусные мастера-переплётчики оправляли кожей переписанные своими же переписчиками богослужебные и иные книги. Так называемая Строгановская летопись написана тоже здесь, в строгановских владениях и под зорким их оком. «Строгановы не забыли о том, что их предки помогли казакам взять Сибирь, – пишет Р. Г. Скрынников. – Теперь они решили использовать предания старины, чтобы прославить свой род. Заслышав о том, что в Сибири местный архиепископ велел составить “повесть о сибирском взятии”, Строгановы постарались заполучить её копию. На службе “именитых людей” было немало грамотеев, бойко владевших пером». И не важно, что поход дружины Ермака описывался задним числом.
В церковных мастерских художники писали иконы. Со временем в Соли Вычегодской обрела свои устойчивые и неповторимые черты целая школа иконописи, называемая
Но в конце лета 1582 года ермаковцам нужда была в другом: казакам требовались съестные припасы, порох (зелье), свинец (пули). В основном это были, как сейчас бы сказали, расходные материалы, без которых поход стал бы невозможным.
