Однако неожиданное решение Ермака и атаманов пойти на Кучума смутило Строгановых и комендантов государевых крепостей. Они оставались один на один с Алеем, которого поддерживали взбунтовавшаяся черемиса и местные племена. Строгановы давно замышляли военный поход за Камень. Причин было несколько. Из них две главные.
Первая. Строгановские владения создавались и развивались по законам маленькой империи. Вассальная зависимость от Москвы существовала всегда, и она была благом. Во все времена своего существования – и при Фёдоре Лукиче, и при Аникее Фёдоровиче, и при Максиме Яковлевиче, и его двоюродном брате Никите Григорьевиче, его дяде Семёне Аникеевиче и при их наследниках – эта империя стремилась к расширению и всяческому усилению. В первую очередь, конечно, экономическому, но по временам и военному. Ещё до прихода Ермака с атаманами Строгановы всеми правдами и неправдами проникли за Урал, где снаряжали поисково-торговые экспедиции, в основном по пушному делу. Засылали к сибирским рекам и ручьям рудознатцев, искали серебро и золото. И даже заселили своими людьми несколько посёлков по ту сторону гор. Жители их распахали земли, занимались пушным промыслом, бортничеством, варили соль. Но «сибирские люди» Кучума разорили русские деревни, жителей частично вырезали, а частично угнали в рабство. Строгановым, конечно же, хотелось вернуть прежние владения. Более того, они, во-первых, хотели расширить их, проникнуть в Сибирь ещё глубже, к новым угодьям, рыбным рекам и соболиным местам; во-вторых, нанести Кучуму удар такой силы, чтобы он забыл дороги на запад и навек потерял охоту искать поживу в русских посёлках.
Вторая. Которая вытекает из первой. Промышленники давно собирали на Волге, Каме и по её берегам вольных людей, ватаги казаков, среди которых попадались и верные, и воровские. Порой это были настоящие разбойники. Нанимали их на сторожевую и гарнизонную службу. Войска из этой разномастной орды, конечно, не получалось, так что посылать их против ногайской гвардии Кучума не представлялось никакой возможности. А тут прибыла целая станица, организованная, имеющая большой опыт боевых действий в поле и на городских стенах, на реках и шанцах. И станицу эту держит твёрдой рукой старый атаман, какого не сыщешь ни на Волге, ни на Яике, ни на Дону. И не беда, что под его рукой ходили и воровские люди. В походе на Кучума эти сорвиголовы вдвойне, а то и втройне хороши. Дело, конечно, рискованное, ибо неведомо, какой ветер подует из Москвы, и скорее всего дохнёт холодом, поскольку Ермак привёл таких душегубов, как Кольцо. На него давно царские грамоты по городкам разосланы: схватить, заковать в цепи и доставить в Москву…
Но Москва далеко. А Алеевы всадники шныряют вокруг Кергедана. И Москва для их окорота своих воевод не пришлёт.
Историки утверждают, что Ермак «со товарищи» пробыл в строгановских городках целый год. Служил по найму? Сведений об этой службе нет. И это странно. Поскольку архив Строгановых сохранил многое, а уж о Ермаке в фамильной летописи выложено, казалось бы, всё до мелочей. Даже количество припасов, предоставленных Максимом Яковлевичем казакам и людям, приставшим к их экспедиции, дано по-купечески, во всей полноте.
И посреди этого повествования о кануне выступления казаков за Камень уместно задать вопрос: а возможен ли был поход Ермака без Строгановых? Не процветай их солеваренная, железоплавильная, хлебная и пушная империя в Приуралье? Впрочем, поход-то был возможен, но сопутствовал бы ему успех? Ещё при Иване III в конце XV века большая рать ходила в Сибирь, чтобы положить конец притязаниям правителей Тюменского царства на Казань и Поволжье. Воеводы Семён Курбский, Пётр Ушатый и Василий Бражник Заболоцкий водили войско Дальним Печорским путём. Горы там высокие, под облака. Около пяти тысяч ратников на лыжах ушли за перевалы. Обширная Югорская земля была подчинена. Иван III к своему титулу присоединил и титул «князя Кондинского и Обдорского». Но Москве вскоре стало не до сибирских новоприобретений, отбиться бы от Крыма и ногаев, от Литвы и Польши. Однако Сибирь волновала, манила своими богатствами и просторами. Началась медленная колонизация близлежащих земель. Первыми, как всегда, были казаки. Следом за ними потянулись на новые земли крестьяне. Сперва на Нижней Волге и Яике появились казачьи зимовья и остроги. Потом посреди пашен начали рубить из вольного леса свои жилища крестьяне.
Прошло почти сто лет, и настало время, когда вплотную к Западной Сибири подошли со своими капиталами и недюжинной энергией промышленники Строгановы. История указала на них. Они, Строгановы, создали благоприятную почву для присоединения, а также экономического и социокультурного освоения сибирских просторов, населённых племенами и народами, находящимися на разных ступенях своего развития. Что касается похода Ермака, то именно они, Строгановы, обеспечили казаков всем необходимым на довольно продолжительное время. К примеру, пороха и свинца им хватило на весь период боёв.
