Гул стихает, темнее вокруг.
Светлым пятнышком цветик робкий…
Отголосок уличной пробки –
Звук донесся надрывный вдруг,
То сирены послышался звук.
Кедра фейерверк над голубым бассейном,
Дик цикады крик.
Ночь царит в аллеях,
Ночь царит.
Шелестит полив под звездным небом,
Жадно пьет земля.
Ночь царит в аллеях,
Тишина.Полная луна плывет заплатой белой,
Звезд калейдоскоп.
Ночь царит в аллеях.
Стоп.
На синем надувном, почти матрасе,
Схвативши весла, шлем на голове,
Семья отправилась осваивать пространства
Американской речки в южном рукаве.
Набрав дождя обильною весной
И снега, не сошедшего с вершины,
И переполнившись водой,
Река несла походные дружиныИ белой пеной билась в валуны,
Хребет свой динозавром изгибая.
И веслами снаряжены,
Врубались в спину ей людские стаи.И грохот буйный сотрясает небеса
От торжествующих ударов весел,
И мимо мчатся майские леса
В едва зазеленевшей россыпиМладенческой листвы. Хлыстами точных слов
Инструктор разгоняет взмахи весел,
И вот он плот на гребень взбросил
Беснующихся вод.
И дальше, дальше вниз к сужению реки
Стремится синий флот. Внимательна дружина,
И взрывы сжавшейся пружины
Взрезают зелень вод движением руки.И сини и бесстрастны небеса
Взирают с высоты, как люди копошатся,
Вонзая яростно весла тесак
В бока дракона – продолжает огрызатьсяЧудовище реки, но к устью устает
И разливается спокойствием болота.
И дальше упираться неохота,
И синие плоты на тросике везут.
Грубо окатанный голыш
Взяла я сувениром речки.
На чем стою, и ты стоишь –
То память.
Память быстротечна.
Я подбираю сувенир –
Он мне напомнит о прошедшем.
А память – сгусток черных дыр,
И на одну их станет меньше.
Он голосом неслышным звал
И знал, кто – знающий – заметит,
И взгляд мой камень этот встретил,
И я отправила в карманШершавого. Смочи водою –
Он пропускает солнца луч –
И залюбуешься игрою,
И память встрепенется чуть.
1
А дочь уехала, и спал в душе напряг –
Сменился сожаленьем о потере.
Каких-то две недели передряг,
Всего-то две недели.
Отчаянно старались показать,
Туда-сюда стремительно носились.
Семья на старте: братья все и мать,
Отец – как белки в колесе, крутились.
2
Уехала… Немного отдохнем –
И ей, и нашим снова за работу.
Как мало побыла… Расцвел наш дом,
Смеялись часто и подолгу.
Как хорошо – огромная семья,
Хоть утомительно, пожалуй,
И всякое по временам бывало,
Но дети, внуки – то семижды я.
Нам перенаселение грозит –
Рассудит нас премудрая природа,
Но только пусть в глуби времен звенит
Могучий ген абрамовской породы.
3
Потерялась соседская кошка в день, как уехала Анна –
Полосатая, серая, может быть, ждала котят.
Совпаденья смешные и выглядят странно,
Но толчок к размышленью, и мысли послушно летят.
Независимы кошки, выносливы – общеизвестно.
Не такая ли Анна сама по природе своей?
Но покажется ль ей такое сравнение лестным,
Как когда-то такое сравненье казалося мне.
Исчезают любимцы, уходят сами из дома,
Никакими коврижками рядом их не удержать.
И бегут без оглядки в сторону незнакомую,
Отвергая крыло родителей, как ненужную благодать.
А розан не сумел распуститься к отъезду Анюки,
Не спеша разворачивая свои лепестки.
А к приезду ее раскрылись целых три штуки –
Видно, лилии более чутки к сигналам любви и тоски.
Метафизики мало в моих рассуждениях – опыт
И других садоводов согласен с моим:
Если сильно хотеть от растенья чего-то,
То почаще буквально общайтеся я с ним.
Как ивиковы журавли,
Несутся чайки надо мною,
Блестя на солнце белизною –
Несли в мифические дни
Что предназначено судьбою.
Считаю, счастье принесет
Вот это белое мельканье,
Хоть я и нахожусь в изгнанье,
Но это, чудится, не в счет,
Коли возникло здесь призванье.
