Где дворник? Синий чистый пол
Замусорен клочками облаков.
Неряшливый гуляка тут прошел.
И где он столько снега здесь нашел,
Как будто он бродил среди снегов.
И кто – то граблями водил по облакам,
Чертя дорожки вдоль и поперек.
Несется вдаль, гудит аэроплан.
А ниже – синий пол – бездонный океан.
И нереален этот шмель и одинок.
Лихорадка отлета. Билеты, трансферы и визы.
Опоздать – не успеть. Чуть промедлишь – и поезд ушел.
Загремишь под фанфары (на выход)
из-за таможни каприза
И пойдешь по этапу Владимиркой – руки на стол.
Просто игры фантазии, разбушевавшейся вволю.
Самолет на Эл-Эй к ангелочкам везет, не спеша.
Вот и гамбургер подали – стюарды ловко проворят, —
И на Мексику дальше, чтоб Мексикой дальше дышать.Куртку снять, свитер снять, брюки прочь,
чтоб живьем не свариться,
К океану приникнуть, прилечь в его теплой воде.
Я свободна до пятницы, и ничего не случится.
Лишь вулканы, цунами, жарища и мушка це-це.
Сеньоре красного вина!
В дворце карминном, где полночи
Играет музыка, и сна
Не знают гости, и рокочет
Бессонный Тихий океан.
И начинается роман
О райских кущах в полнолунье.
Но кратких дней полубезумьеЗапомнится надолго ли?
Лишь метки времени в пустые
Глаза, как искры золотые,
Вжглись и растаяли вдали,
Как тают в море корабли.
Берегись, барракуды! —
Стальною иглой
Прошивают волну за волной.
Посмотри, осьминог
Будто бомбы бросок —
Вдруг растекся по камню смолой.
Желтохвостая стая
Коралл объедает.
В ней включен часовой механизм.
Вот плывут все налево,
Будто как угорелые.
Вот направо – и все как один.А мурена угрюмо
Угрем вьется, и ч
И чудн
Береги свою шкурку —
Океан, он не шутка, —
Обдерет о коралл до костей.
Все меньше и меньше сюжетов осталось —
Об этом писала, о том.
Ужели и впрямь, говорят, исписалась,
Взглянуть на листы – целый том.
А жизнь – она резвою мушкой порхает.
Присядет на лист, улетит.
И муза повсюду за ней, ускользает —
Не ждет, как очнется пиит.Как встрепанный вскочит, хватая рукою
Очки и бумагу, и зря.
А вишня цветет, с ума сойдя зимою —
В начале – перед первым декабря.
Океанские болота.
Мангры без конца.
Крокодилу неохота
Жирного тельца
Лопать днем. И мы спокойно
В зарослях плывем.
Нет прилива, и довольно
Места нам вдвоем.Впятером. Большая лодка,
Гид и рулевой.
Оставляет быстроходка
Лотос за собой.Птицы не спеша летают.
Вьет гнездо термит.
Зимний день располагает,
Солнце не палит.Соответственно размякли
Зрители – ох, ах!
Посмотрели для разрядки
Разных черепах.Плавают черепашата,
Мама уплыла.
Направленье – до заката.
Где-то Шамбала.Там на черепаху ляжет
Тяжесть всей Земли —
Гималаи, Тихий. Даже
Груз моей семьи.Тяжесть дум и груз заботы —
Черепаха спит.
И проходят годы, годы.
И Земля стоит.
Ожидали дождя – обещался прогноз на субботу.
В понедельник все ждем – ни грозы, ни дождинки – синё.
Выполняют свою, не понять нам, небесную квоту.
Заливают соседей и с юга, и с севера. Всё!
А хотелось немного. Готовили банки и баки,
Убирали дорожки из планок, боясь, что промокнут дотла.
А забавной английской пословицы кошки-собаки
Не валились с небес вместе с ливнем. Такие дела.
Сиротка-сирокко летит по пустыне,
Пески поднимая ввысь,
Тяжелых частиц наметая в низине,
А тонкие унеслись.
Сиротка-сирокко рыжеет от злости —
Таков для пустыни тон.
Едва пропускает насквозь лучи солнца,
Барханы несут урон.Сиротка-сирокко оазис накроет,
Засыплет весь караван.
На месте жилища пронзительно воет,
И вырастает бархан.
