Тут на цирлах выбегает
Козлоног-официант.
Плод познанья предлагает –
Толи фига, толи яд.Птичкой-горлицей воркует
Бестия лукавая.
Ох, надует, ох, надует –
Строит козни шалые.И польстились – плод запретный
Слаще сада райского.
И пошли по белу свету
Мы с тобой, обласканыБожьим наказанием –
Из садов изгнанием.
Рука не поднимается вписать
Еще значок в мой список поминальный –
Овеществить последний жест, прощальный
Тому, кто мог бы жить и жить…
И приказал нам долго жить в миру.
Я выполняю послух долголетья –
А чем еще могу помочь я детям,
Как тем, что жить, что долго не помру.И не висеть на шее у родных
Бессмысленною тушей инвалида.
Какую приготовит мне планиду
Судьба, Господь, иль череда иныхВластителей моей души и тела?
И перед тем, душа как отлетела,
Не дай мне Бог на миг сойти с ума.
Уж лучше (Пушкин) – посох и сума.
Уставшие, набегавшись за утро,
Спокойно дремлют. Резкий вскрик дитя
Не растревожит. Восполняют мудро
Ушедших сил поскребышек, плетя
Мыслете сна. А самолетный рокот
Уже жужжит ленивою пчелой,
Разглаживая хмурое чело,
И погружая в сонный шепот.
Темнеет быстро. Пала тьма
За полчаса с заходом солнца.
Бесперспективная бессоница
Свое брала.
И вентилятор грохотал.
Рычал condition рыком львиным.
Прожить бы ночь одну в совином
Менталитете до утра.А там – в полет. И выше, выше –
Чтоб только стуки сердца слышать,
Чтоб грохот техники исчез,
Чтоб шкурой расстилался лес,Чтоб океан сверкал стеклянно,
Чтобы роса была медвяной,
Чтоб тишина явилась мне,
Коль недодали в прежнем сне.
Алоха и махало{ По-гавайски: Алоха – привет, Махало – спасибо }
Лахайна прокричала.
Нахальная Лахайна
Лоханками гремит.
Протуберанцы солнца
Прорвались сквозь оконце
И теплыми хвостами
Скользили по груди.
Железная лоханка,
Схватив толпу в охапку,
Пустилася вприсядку
По весям и волнам.
Фырчала и дымила,
Чадила и тащила
В Ланаи и обратно
На радость им и нам.Летучие же рыбы
(Вот им слететь с горы бы)
Летели над волнами,
Не ведая стыда.
В отсутствие дельфинов
Киты горбатят спины,
И молотили воду
Огромных два хвоста.
Поросячье стадо куплено заране.
Ныне год свинячий – китайский календарь.
Поросят веселых, родом из Рязани,
Поселилась в Штатах дружная семья.
Росписных толстушек раздала в подарок –
Принесет богатство каждая свинья.
Поднакопит рублики со скоростью пожара,
Собирая грошики – он, и ты, и я.Нет, не я – копилки разошлись желающим.
Не жалею. Хорошо, что подарок мил.
Бросьте камень в сторону, други и товарищи.
Не судите, строгие. Охладите пыл.Истины библейские не сменить указами.
Где верблюд, прошедший сквозь игольное ушко?
Убожество останется, обвешайся алмазами.
Сторонюсь богатеньких, души их с душком.
В ушах ночная бормотуха.
Шуршит мне ночь – не спи, не спи,
Сейчас придет… – звучало глухо,
И замедлялся бег крови.
Я погружала в сон, покоя,
Бессонный мозг. Плыла ко дну,
До двух считая. Наготою
Белело тело. ТишинуГлубокой ночи нарушало
Одно дыханье. Реже вдох…
И вот бесшумно на порог
Тень человеческая встала.Из звездных космоса глубин,
Куда меня в ночи тянуло,
Куда я медленно тонула,
В привычном серебре сединЯвилась бабушка – в примятой
И толстой теплой шерстяной
Косоворотке желтоватой,
Какой не помню у нее.От Люси – поняла в бессловном
Ответе. И тянусь обнять
И обнимаю. И холодной –
И ледяной – из льда колонной
В моих руках была пра-мать.
