Бумажка мягкая – лишь в туалет годится,
Растерта ластиком до дыр.
И в цифрах меленьких страница,
Похожая на лискин сыр.Над судоку с оценкой «легкий»
Уже который день сижу в поту,
Зато истрачу эти несколько минут
На тренировку мозга.
Устроились шишки, как птички на ветке,
И тесною стайкой на ветке сидят,
И грея на солнце свои чешуетки —
Свои перуетки – на солнце глядят.
А на газоне иголок и листьев
Огромные кучи опять намело.
Играй в пестроцветных коврах, одалиска.
Но игл избегай – таково ремесло.На блещущем небе исчезли остатки
Последних дождей, и туман унесло.
И черные вороны нотными знаками
На белой березе поют Адамо.По этой погоде снегов не дождаться,
И даже вершина горы Гамильтон
Свои не меняет зеленые краски,
Как прежде венчая зеленый бомонд.
А глаз до сей поры сильнее фотокамер:
Гало вокруг луны холодноватый пламень –
Огромно колесо повозки поднебесной.
Каких же седоков везет в мирах окрестных?
Геракл и Орион – отважные герои,
И Лев туда впряжен, и он того достоин.
Созвездиями мчат, качает колесница,
И выстроен парад планет. И ищет принца,Сверкая звездами, прекраснейшая Дева –
Вглубь космоса глядит, куда повозка делась?
Прилунное гало истаяло, истлело…
Сегодня первый раз увидела я плод
От дерева, что под названьем гингко,
Походит он на желтый плодик сливки –
Вот первое, что в голову пришло.
А листик веером китайским на стебле,
Кружась, порхает с ветерком в объятьях.
О чем еще сумею рассказать я
О гингко? Разве о косметике в столе.Каких эссенций истый парфюмер
Ни выберет для ветренной красотки –
Добавит гингко он, и в золотой коробке
Пикантный запах одобряет кавалер.
Село солнце за горой –
Палевые краски
Расцветили неба слой
Светлым желто-красным.
Из чуть розоватой мглы
Блин луны всплывает.
Склоны гор и дно долин
Ярко освещает.Быстро сумерки легли,
Всколыхнув туманы.
Еле слышно издали
Лавром тянет пряным.Тихо листья зашуршат
Средь других опавших.
Сумерки. Давно пора
Выпить чаю чашку.
Каких морок за девяносто дней
Я не перенесла в своем жилище,
А осень кончилась. И свара запылится,
И дрязги скроются из памяти моей.
А осень дивная прекрасно началась –
Походы на базальты, к водопадам.
Отросших лохм неряшливые патлы
Я в парикмахерской отрежу, как напасть.Пусть завершеньем осени моей
Не мелкие сантехники огрехи
Запомнятся, а голубой бассейн,
Где грела свои кости без помехи.И сероводорода аромат
Ласкает нос, как лучшие парфюмы.
И грежу (не дойти б до полоумья),
Что принц подносит мне горячий шоколад.Я в кружевах на шелковой постели…
Тут наглый ветер сдул моё веселье.
А уже взрослый младший сын
Все требует вниманья,
И как Нарцисс (цветок один),
Он жаждет любованья.
Он хочет в центре быть любви,
Любимый младший мальчик.
По краю пропасти скользит,
Отчаянно, отчаянно.
Смотрите – видите меня?
Я на краю – ловите!
Ловите! В панике родня –
И то не удивительно.
И он единственный сынок —
Последыш милый, маленький.
Все копошился бы у ног
Своей любимой маменьки.
И теплой комнатка была,
И солнца лучик зайчиком.
Ах, не воротишь времена,
Когда был крошкой-мальчиком.
А уж потом беду принял
На плечи свои взрослые.
И Сатана там правит бал,
И правила там жесткие.
И глупость там не на полдня –
На жизнь, теперь короткую.
О, да! Вы вспомните меня
За поминальной водкою.
Я снова взгляды привлеку –
То ваше наказание
За то, что на своем веку
Я не добрал внимания.
К семидести годам
Я подхожу восьмидесятилетней.
И старит нас обман
Эмоций позитивных проявлений,
А также правды жесткие углы,
Несносной, омерзительнейшей правды,
Когда, заместо ясной головы,
Личина безобразная развалины.
