Если я все понял верно, то моя первая задача в реальном МёрМёр будет полностью совпадать с открывающей загадкой в квесте. В конце концов, я уже проделывал все это во время своей второй поездки в дом, и в результате обнаружил следы, подчеркнутые слоем пыли. То, что определенные предметы были в моем центре внимания в первую очередь, не могло быть простым совпадением. И догадался я об их реальном расположении не просто так. Оуэн это планировал.
Мне требовалось найти канделябр, кофемолку и музыкальную шкатулку Реймонда.
С последней все было очень просто. Отыскав на рабочем месте Джии холщовую сумку, используемую для транспортировки реквизита, я упаковал в нее первый артефакт. Он всегда хранился на моем рабочем месте, и я очень боялся того, что, когда квест будет построен и окончательно сдан, мне придется с ним попрощаться. Но теперь предугадать, вернется ли эта вещица вновь на производство, я не мог.
Поиск канделябра тоже не составил особого труда. Я помнил, что последний раз видел его в руках Хелен – она очищала остов от старого серебряного покрытия для того, чтобы сделать свежий покрас. Я перемещался бегом, а потому уже через мгновение был в декораторской и перекладывал подсвечник в сумку.
Под вопросом оставалась только кофемолка. После того, как я смог отобрать пакет из лавки у Джима, я отдал все содержимое руководительнице и больше этот элемент не видел. Я прошелся по павильону, где находилась декораторская и фрезерный цех, и вернулся в помещение с офисом и кухней. Первая догадка была невыносимо глупой, но зная своих коллег, я решился проверить ее на всякий случай. Я заглянул на кухню и бегло осмотрел поверхности стола и гарнитура. Затем подошел к небольшому холодильнику, спрятанному в углу, и понял, что не ошибся. Зерновая мельница производства компании Barrel стояла прямо на нем.
Пока что логические задачи давались мне легко – скорее всего, всему виной был повышенный уровень адреналина в крови, который я продолжал стимулировать скоростью сборов.
Холщовая сумка заняла свое место на моем плече. Закрывая за собой двери на ходу, я поспешил вернуться в такси.
Мы встали в небольшую пробку на выезде из города. Из-за того, что моя поездка на производство заставила водителя сделать крюк, по пути к финальной точке нас застал утренний час пик. Люди начинали просыпаться и спешили на работу, в город, в то время как я отчаянно стремился его покинуть.
– Простите, вы не подскажете точное время?
Я не знал, зачем задал этот вопрос таксисту. Для моей последней, как я очень хотел верить, поездки в МёрМёр не было установлено никаких сроков и лимитов. Однако темный экран разряженного смартфона мозолил мне глаза – я не мог заглянуть в него и найтись во времени по привычке.
Водитель обернулся на меня и, казалось, заметил мой небрежно откинутый на сиденье бесполезный гаджет.
– Седьмой час, сэр, – вежливо отрапортовал он. – У меня есть зарядка.
– Спасибо! – я прикусил губу, чувствуя, что принимаю нерациональное решение. – Нет, зарядка мне не нужна.
Таксист пожал плечами и развернулся обратно. Внутреннее чувство тревоги продолжало убеждать меня в том, что я должен воспользоваться предложением и оставить себе шанс на связь с внешним миром, когда перейду порог ловушки Джереми Оуэна. Но отчаяние, с которым я действовал, было намного сильнее. Бесконечное чувство вины перед всеми, кто оказался втянут в историю Бодрийяров из-за меня, смешивалось с непонятной мне горечью. Я действительно не хотел, чтобы меня нашли, забрали или попытались помочь. Никому из своих близких я бы не смог объяснить свою мотивацию и настоящие чувства по отношению к происходящему.
Спустя еще несколько минут я вспомнил, что забыл фонарь.
Но мы были уже практически на месте, и эту ошибку исправить я не мог. Оставалось надеяться, что по коридорам особняка меня будет вести собственная интуиция, если глаза окажутся бессильны. В конце концов, в МёрМёр я возвращался уже в третий раз.
– Сэр, здесь закрытая территория, поэтому… – послышалась знакомая преамбула.
– Я знаю, – перебил таксиста я. – Остановитесь на дороге, я знаю, куда идти.
Моя жизнь превратилась в одно сплошное ощущение дежавю. Очень хотелось верить в то, что сегодня этот день сурка будет завершен любой ценой.
Расплатившись с водителем, я направился к дому знакомой и ненавистной мне дорогой. Дождь усиливался, но я не надевал капюшон толстовки и не торопился быстрее оказаться в помещении. Холодные капли понемногу смывали мое беспокойство, словно заставляя смириться с ситуацией, привыкнуть к дискомфорту и холоду. С тех пор, как я посещал заброшку последний раз, прошло достаточно времени, и поздняя осень успела вступить в свои полноценные права. Кусты ракитника больше не выглядели такими густыми – пустеющие ветви переплетались между собой, но мрачная атмосфера старого здания уже проникала сквозь них, окутывала прилегающую местность, заставляя растительность пропитываться трагическими воспоминаниями.
