Собрав очередную дощечку с готовыми патронами, Мишка устало вздохнул и занялся уборкой. Прошла неделя с того памятного похода, а его так никто и не спросил, что случилось и почему, уйдя с группой, он через двое суток оказался в выделенной ему мастерской. Вернувшись домой, он сходил на торг и, продав добытые шкурки, приволок домой салазки, полные гостинцев. Как выяснилось, они с Глафирой оба оказались сладкоежками и потому предпочитали пить чай со всякими вкусностями.
Полученные за шкурки рубль двадцать копеек он потратил почти все. Оставшийся полтинник Мишка отдал тетке. Скоро в участке должны были уплатить жалованье, так что деньги будут. Свое дело парень знал на «ять». Запасные патроны собраны, в мастерской полный порядок, а за каждую щепотку пороха он готов был отчитаться, благо было чем. От размышлений его отвлек звук тяжелых шагов на лестнице.
«Вот и наш толстячок пожаловал», — угрюмо подумал Мишка.
— Здрав будь, Михаил, — прогудел урядник, протиснувшись в двери.
— И вам здоровья, Николай Аристархович, — склонил голову парень. — Присаживайтесь. В ногах правды нет.
— Благодарствую, — кивнул толстяк, тяжело опускаясь на табурет.
Отставив веник, которым подметал пол, Мишка отступил к стене и, сложив руки на груди, вопросительно посмотрел на урядника. Что-то с ним было не так. Толстяк, знавший его с малых лет и по сути являвшийся в нынешней реальности благодетелем, явно был сильно смущен. То и дело расправляя усы, он мялся и не пытался смотреть в глаза.
— Случилось чего, дядя Николай? — тихо спросил Мишка, намеренно назвав его родственным словом.
— Так это, виноват я перед тобой, Миша, — вздохнув, решительно заявил урядник. — Ума не хватило понять, что басурман тот смерти твоей хочет.
— Нет тут твоей вины, дядя Николай, — сообразив, в чем дело, отмахнулся Мишка. — Его вон и волки столичные не сразу раскусили. Свой же их чуть не предал. А что настаивать стал, так служба у тебя такая. Лоб расшиби, а начальству потрафь. Лучше скажи, когда у нас жалованье будет?
— Так завтра обещают, — развел урядник руками, явно опешив от такого перехода.
— Вот и ладно. А со стрельбами что решил?
— Так тут начальство спрашивать надо, — снова вздохнул урядник.
— Да горькую пьет твое начальство, — презрительно усмехнулся парень. — Сам реши. У меня все готово. Заодно и новинку людям твоим покажу.
— Мишка, язык придержи, — шикнул на него урядник. — А что за новинка?
— Вот, смотрите, — не удержавшись, принялся хвалиться парень. — Берем винтовку, открываем затвор, стравляем вот эту штуку вот сюда и нажимаем пальцем на патроны. Ап! Пластину убираем, затвор закрываем. Все. Стреляй.
Сопровождая свои комментарии действиями, Мишка одним движением зарядил трофейную винтовку и, не закрывая затвора, протянул ее уряднику. С интересом покрутив оружие в руках, толстяк вернул винтовку парню и, ткнув в обойму пальцем, спросил:
— Только для себя сделал, или еще есть?
— Пять штук. Две себе, под английский патрон, и три в службу, под наш калибр.
— Ловко. Это что ж выходит, наши винтовки одним движением заряжать можно будет?
— Ну, вы ж сами все видели, — пожал Мишка плечами и, ловко орудуя затвором, разрядил винтовку.
Собрав патроны, он снова снарядил обойму и, убрав ее в подсумок, повесил оружие на стену. После нападения парень договорился с урядником, и тот разрешил ему оставить обе трофейных винтовки себе. Так что одна стояла дома, а вторая висела на стене мастерской. Теперь Мишке не было необходимости искать оружие, и в случае опасности он всегда мог поддержать полицию огнем.
— Ох, и умен ты, Мишка, — протянул урядник, вертя в руках обойму от российской винтовки, которую достал Мишка из шкафа. — Это ж надо такую штуку придумать!
— Погодите, дядя Николай. Я вам еще и скорозарядники к револьверам сделаю, — раздухарившись, пообещал Мишка.
— А это что за зверь? — заинтересовался толстяк.
— А это чтобы револьверы одним движением заряжать. Станочек такой махонький. Заранее в него патроны вставил, и как потребовалось, барабан откинул, гильзы вытряхнул, и в каморы сразу шесть патронов вставил.
— Неужто сможешь?! — не поверил урядник.
— Да там и мочь нечего, — отмахнулся Мишка. — Станки только толковые нужны. Да только меня скоро из цехов в депо гнать станут. Вечно, как приду, так все мастера вокруг толпятся. Интересно им на новенькое посмотреть.
— Не станут, — грозно встопорщил усы толстяк. — Сам туда с тобой схожу. Еще и звать станут.
— Не ссорься с ними, дядя Николай, — улыбнулся Мишка. — Там люди серьезные командуют, не нам, сиволапым, чета. Я лучше тихонько, осторожно, чтобы думали, что себе делаю. Так и тайну дольше сохраним, и для дела польза.
В придуманном им приборе и вправду не было ничего особенного. Латунный диск с завальцованным краем, в который и будут вставляться патроны. Главное, правильно разметить гнезда под каморы и выточить поворотный фиксатор. Мудрить с пружинными сталями Мишка не хотел. Качество их здесь еще низкое, и терять людей из-за сломанной пружины он не хотел. Времена тут царят патриархальные, и если твоя новинка не сработает, сразу виноватым назначат.
