Уже войдя внутрь, Мишка понял, что сараем это сооружение только называется. Длинное здание, в котором лодки и хранились, и изготавливались. Только смолить их вытаскивали на берег. Ловко проскользнув мимо нескольких лодок, стоявших на козлах, мастер добрался до задней стены сарая и, откинув кусок брезента, спросил:
— Такую хотел?
— Ух ты! — невольно вырвалось у Мишки.
Перед ним было именно то, чего он хотел. Заглянув через борт, он с удивлением отметил металлический стакан на килевой балке для установки мачты. Погладив борт ладонью, парень повернулся к мастеру и, покрутив головой, спросил:
— Неужто еще и парусное оснащение сделали?
— Есть, — коротко кивнул мастер с довольным видом. — Сам-то под парусом ходишь?
— Да где тут? — развел Мишка руками. — Так, общие понятия только и выучил.
— Вот и я. Сначала сделал ее, а только потом понял, что ветра от устья к истоку тут только зимой, — вздохнул мастер.
— Охотников надо было спрашивать, — улыбнулся Мишка. — Они про это все знают.
— Я сюда приехал, когда и станции-то еще не было. Только чугунку проложили, — грустно усмехнулся мастер. — Все мечтал всю реку от истока пройти. Не судьба.
— Это с чего? — не понял Мишка. — Вот заимку выше по течению поставлю, и милости просим. Все равно до самого истока на лодке не дойти. Там предгорья, а дальше только каскады да водопады. Только на парусе все одно не дотянете. На реке поворотов много, а там ветер не поймать.
— А сам как собираешься? Неужто на веслах? — удивился мастер.
— Нет. Инженер тут один мотор маленький собрал и на вельбот поставил. Вот на нем и пойду. А лодка мне для рыбалки нужна. Да и вельбот тот потом инженеру вернуть придется. Так что один сезон попользуюсь, а потом уже на такой красавице, — Мишка снова огладил борт лодки.
— С мотором, значит, — вздохнул мастер, заметно помрачнев.
— Так мне ж, дяденька, не кататься. Мне семью кормить, — понимающе кивнул Мишка.
— А на нее мотор ставить будешь? — вдруг спросил мастер.
— Зачем? — сделал вид, что удивился, парень, который уже прикидывал, как бы соорудить небольшой лодочный мотор. — Хотел бы под мотор, не стал бы уключины в железо забирать. Да и рундук тогда разбирать придется. Только я никак не пойму, к чему разговор этот?
— Найдешь за нее пять рублей? — помолчав, спросил мастер. — Сразу скажу. Без торга. Из лиственницы тесал. Только вчера смолить закончил. Считай, вечная лодочка.
Мишка снова перегнулся через борт и присмотрелся более внимательно, особое внимание уделив стакану под мачту. Прикинув примерную высоту мачты, он мысленно наметил точки, к которым не мешало бы провести дополнительные упоры, и, медленно подойдя к корме, откинул сиденье. Рундук под ним оказался вместительным. Кивнув, Мишка вернул все на место и, задумчиво побарабанив пальцами по борту, спросил:
— Весла тоже из лиственницы?
— Обязательно, — кивнул мастер.
— Добро. Тогда так. Завтра уключины железные принесу, поставите. И лодка тут до выхода постоит. Как приду забирать, так и деньги принесу. По рукам?
— Не доверяешь? — понимающе усмехнулся мастер.
— Тут не столько недоверие, сколько желание быть уверенным, что все сложится, — ответил Мишка, задумчиво почесывая в затылке.
— А что, сомнения есть, или проблема какая? — нейтрально уточнил мастер.
— Инструмента много с собой везти придется. А его прежде собрать надо. Потому и не знаю, когда точно уйду.
— Ну, бывает, — задумчиво кивнул мастер. — Добро. Уговорились, — чуть запнувшись, кивнул он, протягивая парню руку ладонью вверх.
— Уговор, — решительно кивнул Мишка, хлопнув его по ладони. — Приду за лодкой, уже с деньгами.
— Завтра велю в отдельный сарай ее перетащить, — пообещал мастер.
Мишка вышел на берег и зашагал в депо, попутно обдумывая свою сделку. Пять рублей деньги весьма серьезные, и отдать такую сумму за лодку, даже очень хорошую, шаг серьезный. Впрочем, лодка ему действительно была нужна. Что ни говори, а иметь возможность в любой момент уйти из поселка, пусть даже на веслах, дело нужное. Особенно в свете всех предстоящих разборок.
Добравшись до депо, Мишка быстро нашел уже знакомого мастера и, пользуясь его расположением, быстро соорудил пару уключин и посадочных гнезд под весла. Сложного там ничего не было, так что справился он чуть больше чем за час. Рабочие, уже привыкшие, что у парня вечно появляются полезные в жизни хитрости, быстренько разобрались, что куда вставляется и для чего оно нужно, и дружно одобрили очередную новинку. Мишка же, попрощавшись, отправился домой.
Там, облазив сени, сарай и даже овин для скотины, он собрал весь имевшийся в доме инструмент и, разложив его на крыльце, пригорюнился. Кроме пары стамесок, топора, тесла и молотка ничего не было. Похоже, запойный дядюшка умудрился пропить все, до чего сумел дотянуться. За этими размышлениями его и застала тетка. Едва зайдя во двор, она охнула и поспешила к крыльцу.
— Ты чего, Мишенька? — спросила она, плюхаясь рядом и быстро щупая ему лоб. — Никак приболел?
— Нет, мама Глаша. Все нормально. Вон, инструмент собирать начал, а у нас и половины нет. И как тут заимку ставить? Где его сейчас купишь?
