– Сказала, что незамужняя девушка не должна принимать таких подарков, это может отразиться на ее репутации.
Я помолчала, пытаясь понять тайный смысл подобного утверждения.
– Отразиться на ее репутации?
Джейн кивнула.
– Мне надо идти, – сказала я и, больше не обращая внимания на дам, прошла в спальню Анны. Там Джордж, а с ним Фрэнсис Уэстон.
– Мне надо поговорить с вами наедине.
– Можешь говорить в присутствии сэра Фрэнсиса, – отрезала Анна.
Я только вздохнула:
– Слышали уже, что король послал этой девчонке Сеймур подарок, а она отказалась его принять?
Они покачали головой.
– Говорят, заявила, не может принимать таких подарков, пока не замужем, боится запачкать свою репутацию.
– Ого, – присвистнул сэр Фрэнсис.
– Наверное, просто выставляет напоказ свою праведность, но во дворце только об этом и болтают.
– Намекает королю, что может выйти замуж за другого, – заметил Джордж.
– Тоже мне добродетель ходячая, – добавила Анна.
– Полно выставляться, – кивнул сэр Фрэнсис. – Театр, да и только. Она же лошадь обратно не отослала? А кольцо с бриллиантом? Подвеску с его портретом в медальоне? Но теперь ей удастся убедить и двор, и самого короля – есть на свете молодые особы, совершенно не интересующиеся ни деньгами, ни богатством. Отличный выпад! Туше! Пьеса в одной картине.
– До чего же она несносна! – процедила сквозь зубы сестра.
– Ну, Джейн ты сейчас никак не отплатишь, – успокоил ее брат. – Даже думать о ней забудь. Голову выше, улыбку пошире и вперед – очаровывать короля.
– За обедом могут упомянуть союз с Испанией, – предупредил Фрэнсис, когда она встала. – Не стоит против этого возражать.
– Если предстоит превратиться в Джейн Сеймур, – бросила Анна через плечо, – лучше сразу отойти в сторону. Что во мне есть хорошего – мозги, характер, страсть к переменам в Церкви; и если это никому не нужно, значит надо самой уйти. Коли королю понадобилась покорная, послушная жена, зачем мне вообще сдался трон. Если я – не я, незачем и стараться.
Джордж подошел, взял ее руку, поцеловал:
– Право, мы тебя обожаем. Все это только прихоть короля, скоро пройдет. Теперь ему подавай Джейн, до того – Мадж, а еще раньше – леди Маргариту. Он придет в себя, вернется к тебе. Вспомни, сколько времени его удерживала королева. Он уходил и возвращался десятки раз. Ты его жена, мать принцессы, как она. Ты сможешь его удержать.
Она усмехнулась, расправила плечи, кивнула мне – открой дверь. Вышла: роскошное платье зеленого бархата, в ушах изумрудные серьги, на зеленом чепце посверкивают бриллианты, шею охватывает знакомая подвеска в форме буквы «Б» на жемчужном ожерелье. Я услышала шум голосов в приемной.
К концу февраля похолодало, Темза у дворца замерзла. С пристани можно спуститься по лесенке к белому покрову, ступить прямо на гладкое стекло льда. Река превратилась в дорогу, иди куда хочешь. Где лед потоньше, видна зеленая, опасная глубина, там под прозрачной поверхностью движется вода.
Сады, тропинки, стены и аллеи вокруг дворца побелели от снега, за ночь намерзает ледяная корка, снова идет снег. Кусты в парке покрыты изморозью. По утрам, когда появляется солнце, таинственным, наброшенным на тоненькие ветки кружевом сверкают замерзшие кристаллы паутины. Каждая былинка, каждый прутик очерчен белым, будто все веточки и стволы выкрасил художник.
По ночам ужасно холодно, ветер с востока – русский ветер. Днем ярко светит солнце, в парке приятно гулять или играть на замерзшей лужайке в шары. Малиновки на деревьях ждут хлебных крошек, над головой проносятся стаи гусей – эти создания любят холод. Большие птицы кричат, вытягивают длинную шею, ищут незамерзшую воду.
Король объявил – пора зимних развлечений, рыцарские турниры на коньках, танцы на льду, зимние маскарады с катанием на санях, пожирателями огня, акробатами из Московии. Пора дразнить медведей, на льду это куда смешнее, бедный зверь скользит и падает, бросаясь на преследующих его собак. Один из псов кидается на зверюгу, надеясь куснуть и отпрыгнуть, но лапам на льду не за что уцепиться, медведь переламывает псине хребет одним могучим ударом. Король просто ревет от смеха.
Со Смитфилда, лондонского рынка, привозят огромных быков – вместо дороги теперь замерзшая река. Жарят их на кострах у самой воды, парни носятся с кухни к реке со свежеиспеченным хлебом, кухонные псы заливаются лаем, путаются у всех под ногами, надеясь на подачку.
Джейн – зимняя принцесса, в белом и голубом, на шее, на оторочке капюшона – белоснежный мех. На коньках держится весьма неуверенно, ее все время с обеих сторон поддерживают брат и отец. Подталкивают ее, красивую куколку, поближе к трону, а я думаю – несладко быть сеймуровской девчонкой, явно не лучше, чем болейновской. Папаша и братец пихают тебя к королю, а у тебя нет ни сил, ни ума убежать подальше.
