– Ты – лучшее, что со мной случалось, Кэм, – уверенно отвечаю я, сжимая его ладонь. – И я благодарна тебе за то, что ты испортил мою жизнь.
Он невесело усмехается, и я останавливаюсь, чтобы заглянуть в его глаза.
– Я серьезно, без тебя я бы продолжала жить под стеклянным куполом. Окончив университет, я бы работала слишком усердно, пытаясь угнаться за будущим, напрочь забывая о настоящем. Ты помнишь, сколько у меня было страхов и комплексов?
– Помню, какой ты зашла сюда, – приподняв уголки губ, он кивает в сторону.
Обернувшись, вижу неоновую вывеску «Скетч» и улыбаюсь этому воспоминанию.
– Бутылка вина и пижамные штаны, – обняв сзади, Кэмерон прижимает меня к своей груди и опускает подбородок на мою макушку. – Первое, что я подумал: «Что за черт?».
Рассмеявшись, опускаю пальцы на его руки.
– А потом?
– Я посмотрел в твои глаза, и там было столько искреннего желания помочь Келси, защитить ее. А потом ты начала отчитывать и смешить меня.
Откидываю голову и прислоняюсь затылком к его плечу, продолжая смотреть на вывеску. Если повернуть время вспять и вернуться в тот вечер, когда Келси в слезах рассказывала о предательстве Максанса, когда она потащила меня в «Скетч», то, даже зная нашу историю наперед, я бы все равно зашла в эту дверь, потому что ни на секунду не пожалела о том, что встретила Кэмерона.
– Если бы тебя попросили нарисовать эскиз наших отношений, что бы это было?
Вздохнув, он целует меня в висок и замолкает ненадолго.
– Знаешь, милая, думаю, что нарисовать этот эскиз будет больно и трудно, как если бы, перед тем как взять карандаш, я сжал в руках осколки стекла.
Я уверена, что буду помнить Кэмерона всю свою жизнь. Уверена, что никогда и никого не полюблю так сильно. И сейчас я хочу увековечить нашу любовь буквально. Хочу, чтобы это сделал именно Кэм, и никто другой.
– Кэмерон Райт, ты станешь моим первым, – я делаю небольшую паузу, – татуировщиком?
На мгновение Кэм напрягается и замирает, а затем разворачивает меня в своих объятиях, чтобы посмотреть в глаза.
– Ты серьезно?
Вместо ответа я подаюсь ближе и, опустив ладони на его щеки, долго целую. Я еще в жизни ни в чем не была так уверена, как в этом решении.
Кэмерон включает свет в зале, и я улыбаюсь яркому интерьеру. Здесь ничего не изменилось с нашей первой встречи, лишь место Мэй пустует за глянцевой стойкой.
Опустившись на диван, Кэм жестом приглашает меня сесть в кресло.
– Чем могу помочь, мисс Уолш? – подхватив со стола карандаш, Кэмерон прячет его за ухом, а затем берет папку с листами.
– Знаете, я бы хотела сделать наколку.
– Пошла вон из студии.
Рассмеявшись, падаю в кресло.
– Ладно, – улыбнувшись, Кэм опускает ладонь на бумагу, – давай серьезно. Для начала, где ты видишь эту татуировку?
– Думаю, – вытянув правую руку, провожу пальцем по внутреннему участку руки между локтем и кистью, – что здесь.
– Есть какие-нибудь идеи? Что-нибудь определенное, тематика?
Прикусив губу, заправляю волосы за уши, задумываясь над ответом.
– Я хочу что-нибудь, что будет символизировать меня после встречи с тобой. Моя жизнь разделилась на «до» и «после», когда мы встретились, и я хочу воплотить это «после» в рисунке. Понимаешь, о чем я? И при этом хочу, чтобы это отображало нас с тобой. Нас сегодняшних.
Боюсь, что Кэм опять будет шутить, но он лишь внимательно слушает, кивая. Слегка прищурившись, он оглядывает меня с головы до ног, а затем берет карандаш и принимается рисовать. Поднимаюсь, чтобы посмотреть.
– Нет, – отрезает он, и я тут же падаю обратно в кресло.
– Хотя бы скажи, что это будет.
– Нет.
Зажав ладони между коленей, я остаюсь сидеть на месте, но сгораю от любопытства. Но затем нахожу плюсы в этом ожидании, потому что могу любоваться Кэмероном, пока он сосредоточенно рисует.
Ведя карандаш по бумаге, Кэм изредка поднимает взгляд, посылая мне мягкую улыбку. Он знает, как я ненавижу ожидание и словно специально тянет время, дразня меня.
– Готово. Это пока просто набросок, но попытайся представить его в красках. Если не понравится, то попробуем что-нибудь еще.
Поднявшись с места, обхожу диван и, остановившись за спиной Кэма, наклоняюсь, обнимая его за плечи.
Когда вижу эскиз, я не могу сдержать восторга. Если бы я не любила Кэмерона, то точно полюбила бы его в этот самый момент. Это перо. Его стержень тонкий и темный, а само оперение – это обступившие его языки пламени, мягко танцующие, изгибающиеся и искрящиеся от дующего на них ветра.
Перо феникса. Феникс – птица, сгорающая заживо, чтобы возродиться. Именно это и произошло со мной после знакомства с Кэмероном. Я существовала, а не жила. Но Кэм собрал меня заново, заставил не бояться своих чувств и принять любовь. Рядом с ним я простилась со своей скованностью и наконец-то стала жить без страха. То же самое сейчас происходит с нашими отношениями: им осталось гореть всего несколько часов, а потом мы попрощаемся друг с другом. Но мы искренне верим, что это ненадолго, ведь судьба обязательно сведет нас вновь. И тогда наши отношения возродятся из пепла.
– Потрясающе, – шепчу я, вглядываясь в рисунок. – Это именно то, о чем я говорила.
