Прежде чем Гарри успевает сказать хоть что-то, поспешно выхожу из машины. Успеваю сделать лишь пару шагов, как за спиной раздается хлопок двери. Остановившись, прикрываю глаза и, сделав глубокий вдох, оборачиваюсь.
Спрятав ладони в передние карманы джинсов, Гарри пожимает плечами.
– То, что я сказал тебе сегодня, не было пьяным бредом.
– Давай не будем все усложнять, Гарри, пожалуйста.
– Я не прошу ответа прямо сейчас, я прошу тебя хотя бы подумать. Клянусь, Энди, если ты дашь мне шанс, то я покажу тебе, каким могу быть на самом деле. Обещаю, что никогда не сделаю тебе больно.
– Я сделаю, Гарри, – тебе и себе.
– Больнее, чем есть, ты уже вряд ли сделаешь.
– Думаешь, что не сделаю? – начинаю злиться, когда он уверенно качает головой. – Я люблю его. И буду любить независимо от того, будем мы с ним вместе или нет.
– И что, что любишь? Посмотри на себя, посмотри, во что он тебя превратил. К черту такую любовь, Уолш. Со мной ты не будешь плакать. Мне слишком плохо от того, какой ты стала. Ты пялишься на его фотки и плачешь из-за песен Адель, Эндс! Самой не смешно?
От проснувшейся злости я сжимаю кулаки.
– Ты так говоришь, как будто я прихожу к тебе вместе с Адель и плачу, не давая тебе заснуть!
– Грубо говоря – да, потому что заснуть ты мне точно не даешь! Черт возьми! – взявшись за голову, он отворачивается и делает пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
Когда он поворачивается, в его взгляде сквозит сожаление.
– Меня бесит, что я теряю тебя из-за него.
– Знаю, – устало выдыхаю я. – Не обязательно кричать на меня, чтобы показать, что ты зол.
– Прости, я просто уже не знаю, как достучаться до тебя. Подумай над моими словами, хорошо?
– Хорошо, а теперь мы можем разойтись по домам, чтобы я нашла наши совместные фотографии и спокойно выколола тебе глаза на всех снимках, где есть твое дурацкое лицо?
Усмехнувшись, Гарри подается вперед, чтобы обнять меня в знак примирения, но затем резко отстраняется, замечая надетую на мне куртку Кэма.
– Он на тебе словно метку поставил. Оберег от меня.
– Не говори глупостей.
Но оберег работает: Гарри все же не решается прикоснуться ко мне, словно куртка пропитана ядом.
С облегчением я выдыхаю только когда за моей спиной закрываются двери общежития. Сев на кровать, запускаю пальцы в волосы и сжимаю ладонями виски. Голова кружится, и это эффект не от выпитого алкоголя, а от куртки Кэмерона, от которой исходит аромат его парфюма вперемешку с сигаретным дымом. Скинув с себя куртку, откладываю ее в сторону, а затем накрываю одеялом, словно это какой-то монстр.
Достав мобильник, нахожу номер Кэма, долго вглядываюсь в цифры, порядок которых и так знаю наизусть, а затем ставлю телефон на блокировку. Поднявшись, начинаю ходить по комнате, нервно стуча телефоном по раскрытой ладони.
Остановившись у окна, вновь заглядываю в экран и открываю диалоговое окно сообщений. Мигающий курсор призывает меня написать хоть что-то, но любое слово кажется неправильным и неподходящим. Что бы я ни написала, я тут же стираю.
В конце концов я пишу единственное слово, которое вертится у меня на уме все эти дни:
Я: Кэм.
Его имя, как и он сам, не дает мне покоя. Я просто хочу побыть с ним хоть немного. Хотя бы увидеть. То, как мы расстались – неправильно. После всего того, что мы пережили, прощаться нужно совсем по-другому.
Меньше, чем через минуту в моих руках вибрирует телефон.
Кэмерон: Уже еду, милая.
Мечусь по комнате в ожидании Кэма. У меня нет сомнений в правильности моего поступка, я не сомневаюсь в том, что написала ему. Но при этом очень сильно нервничаю и волнуюсь. А вдруг он передумает? Вдруг решит, что нам будет легче, если мы не увидимся? А может, он вообще не захочет меня видеть?
Сажусь на кровать, телефон вибрирует снова, и я тут же подскакиваю.
Кэмерон: Я тут совершенно случайно проезжал мимо тебя, выйдешь погулять?
Спрятав телефон в карман джинсов, выбегаю за дверь. Перепрыгиваю через ступеньки, я спускаюсь так быстро, что меня заносит на поворотах и приходится крепче хвататься за перила. Толкаю стеклянную дверь наружу и застываю на месте. Вся решительность испаряется. Грудь тяжело вздымается при каждом глотке прохладного ночного воздуха, и все, на что меня хватает – сделать несколько коротких шагов вперед.
Кэмерон стоит, облокотившись на капот автомобиля. Я не вижу его лица, лишь силуэт в свете ярко горящих фар. Сейчас он напоминает мне артиста на сцене в свете софитов, а я забываю, как дышать, походя на безумную фанатку.
Оттолкнувшись от машины, Кэм идет навстречу – сначала медленно, но скоро прибавляет шаг. И в этот момент невидимый канат, который удерживал меня на месте, рвется, и я срываюсь с места и бегу навстречу к нему.
С громким выдохом падаю в его объятия. Сильные руки смыкаются на моей талии и отрывают меня от земли. Крепко обняв за шею, скрещиваю щиколотки за его спиной и прижимаюсь как можно теснее.
