– Значит, так. Завтра же иди к следователю и расскажи все, что не рассказала мне. Молчи, сейчас говорю я! – остановил Даниил ее порыв начать новые уговоры. – Не пойдешь… тебе все равно не отвертеться, запись у меня есть, она в любом случае попадет к следователю, но тогда у тебя не будет шанса скосить свой срок.
– Не надо, не делай этого, – всхлипнула Марина. – Пожалуйста.
– Хочешь отмазаться? Так легко? Да я умер специально, чтобы выяснить, кто меня хочет убить! Кстати, на парковке в этом доме на мою жизнь тоже покушались, вас целая шайка против меня одного! Конечно, я нанял охрану, и мы вместе поняли: с таким упорством меня могут завалить в любую минуту. Остался один выход: срочно умереть. И что я узнаю? Оказалось, моя жена в сговоре с моим доверенным лицом, она еще и ударно наставляет мне рога с ним.
– Даниил, умоляю… – сложила Марина молитвенно ладони.
– Нет, дорогая, за все нужно платить, но я даю тебе шанс. И последнее. Собери вещи и убирайся из моего дома завтра же. Хочу вернуться сюда, но чтобы от тебя здесь даже шпильки не осталось. Не вздумай устроить погром мне назло, сделаешь назло себе и получишь дополнительные годы тюремного заключения. Срок даю до завтрашнего вечера, а к следователю – утром. Ключи от машины не забудь оставить, хватит того барахла и побрякушек, что я покупал, это тебе плата за четыре года искусного вранья. Забирай и пошла вон, хотя в тюрьме тебе побрякушки не понадобятся, но адвоката помогут нанять. Флешку оставляю, любуйся на себя. Прощай. – И пошел к выходу.
– Даня! Пожалуйста…
На ходу, не оглядываясь, он лишь поднял руки, мол, разговор окончен. Захлопнулась входная дверь, Марина вздрогнула, словно ее душа оборвалась от этого звука, и зарыдала. Она плакала в голос от раскаяния, стыда и злого отчаяния, но перспектива ужасала ее в сотню раз сильнее. Несколько лет провести в тюрьме, а именно это пообещал муж… это фиаско, катастрофа. В воспаленном сознании явилась простая идея – бежать. Да, это выход. Но не одной же бежать! Марина схватилась за телефон, позвонила… Гудки. Сбросила звонок, позвонила еще раз… Гудки. Еще и еще звонила, Эмиль не брал трубку.
– Идиот! – злобствовала она. – Дебил. Боже, зачем я с ним связалась! Но ничего, ничего… я выкручусь. А тебе, Шумаков, вот, получай.
Всего два слова написала Марина…
…обвел всех молчаливым взглядом, но и в ответ тишина, он по-своему понял задумчивость:
– Мой визит был напрасным?
– Не скажи, не скажи, – промямлил Феликс, не отвлекаясь от своих мыслей. – Однако надо еще пару раз послушать твою стычку с женой.
Его поддержал Будаев:
– Вы напугали Марину, в колонии ей париться не хочется, это как пить дать, она будет что-то предпринимать.
– Верно, – согласился с ним Феликс. – Она не из тех, кто легко сдается, и дура-баба наделает кучу ошибок. Эх, Даниил, жаль, я не настоял и в твоей квартире смонтировать видеонаблюдение.
– Мне тоже жаль, – сознался тот.
– Тихо! – бросил им один из двух ребят, сидевших на прослушке.
– Что там? – шепотом спросил Будаев.
– Был какой-то звук, я не понял, вы здесь слишком громко говорили… Кажется, длинные гудки телефона… возможно, она звонит кому-то. А жучок вы куда поставили?
– Не совсем поставил, – смутился Даниил.
– Что значит, не совсем? – изумился Феликс.
– Как только вошел, сразу достал жучок, хотел прилепить на сумку, а он выпал. Я искал на полу, не нашел, куда-то закатился.
– Жалко, – проворчал оператор. – Будем слушать только квартиру, но когда выйдет, ничего не услышим. А сейчас там тишина и покой.
– Наверное, далеко от прихожей ушла, – предположил Данилов, – квартира у меня большая. Извините, так получилось.
– В такой ситуации, как у вас, сложно все выполнить до мелочей, – утешил его тот же парень.
Еще минут пятнадцать подождали, звуков не было, решили ехать по домам, а завтра служба подъедет с раннего утра. Перед выходом из машины, Феликса осенило:
– Надо бы и Шумакову на хвост повесить следопыта.
– Очнулся. Наш пацан уже сидит на хвосте, – сообщил Будаев. – Это я распорядился лично в качестве скидки.
На том расстались, а на следующий день их ждал большой сюрприз, о котором не только не мечтали, но лучше, чтоб его вовсе не было.
…почти ничего не купила, но понтов, но и снобизма – словно у нее миллиард в кармане наличными, а на чай кидает мелочь – полмиллиона. К данному выводу единодушно пришли Женя и Вениамин, оба слонялись за женой Акулича более полутора часов, утомились, а она неутомима.
– Это ж надо перебирать тряпки с таким упорством, – заворчал Веня. – Шестой магазин. Что она ищет?
– Что-нибудь подходящее, – пожал плечами Женя.
– Может, хватит ходить за ней? Давай подойдем?
– Не-не-не. Посмотри, у нее на лице написано: эксклюзивная стерва. Пусть выдохнется, устанет, тогда с ней можно будет разговаривать, она потеряет способность быстро соображать, станет сговорчивой. Поверь моему опыту.
– Интересно, когда это опыт ты приобрел при нашем плотном графике? – не удержался от скепсиса Вениамин.
