Терехов стоял над трупом женщины на полу, сунув руки в карманы брюк. Она лежала, разбросав в стороны руки; одна нога согнута в колене и босая, вторая выпрямленная в туфле на каблуке и без задника, другая туфелька валялась недалеко от дивана. Скорей всего, она бежала к лестнице от убийцы (картину преступления восстановил Кориков), первая пуля попала в правое плечо, потом Данилова повернулась лицом к убийце и получила еще три пули.
На скамеечке рядом с ней шаманил судмедэксперт Антон Кориков, он большой профессионал, к тому же хороший парень, с ним комфортно работать.
– Ну, что там, Антоша? – не выдержал долгой паузы Терехов.
– Как всегда, Павел Игоревич, – пробубнил тот, делая забор под ногтями убитой. – Посмотрю, что у нее внутри, исследую биоматериалы…
– Ой, да что там исследовать, – подал голос Огнев. – Вон две бутылки шампанского, а бокал один. Девушка приговорила две бутылки шампанского, это почти смертельная доза, сегодня ее бедная головка раскалывалась бы на части. У меня жена любительница шампанского, но, выпив пару бокалов, на следующий день болеет, будто пила самогон литрами.
– Хороший самогон лучше паленой водки, – заметил Антон.
– Откуда знаешь, теоретически? – хохотнул Огнев. – Ты ж не пьешь.
– Я проверяю теорию на практике, когда вскрываю трупы.
– Ладно, вы тут спорьте, а я пообщаюсь со свидетелем, – сказал Павел, идя на второй уровень в кабинет Данилова.
Свидетель, а именно Шумаков, что-то искал в книжном шкафу, нисколько не смутился, когда вошел следователь, продолжил искать. Осматривая кабинет, Терехов отметил про себя хороший вкус хозяина, однако нужно иметь кучу денег, чтобы свои «вкусные» замыслы реализовать. Стиль современный, без излишеств и не громоздкий, в то же время функциональный и с яркими вкраплениями, без которых можно обойтись, но они уместны и не эклектичны, оживляют интерьер.
– Что ищете? – осведомился Павел, разглядывая картину на стене.
– Да так, одну бумажку, – ответил Шумаков, продолжая поиски.
До него вдруг дошло: он все же в чужом доме рыскает по шкафам, следователю не мешает объяснить свой поступок:
– Я первый зам и сейчас на фирме вместо Данилова. Наша фирма большая, людей работает в ней много, но иногда не хватает ерундовой бумажки, чтобы не прервать работу… а распоряжение на вывоз нашей продукции… оно лежало в папке, где же она… где? Если найду, покажу, чтобы не сомневались.
– Продолжайте, – разрешил Павел, будто ему все равно, чем занимается в квартире не имеющий к ней отношения человек. – Вы считаете, Данилов жив? Звучит фантастически. Экспертиза показала, что кровь его на остатках одежды, машина его, от нее тоже мало что осталось.
– Лично я не видел Даниила, значит, не могу так считать. Марина утверждала, что он жив, а я верю ей. Как-то так…
Лучший прием вести опрос в подобных условиях – это перемежать актуальные вопросы с отвлекающими, Терехов поинтересовался:
– Что за картина? Как называется?
– «Падший ангел».
– Неужели? И где же… ангел? Я вижу космос и кометы, что ли…
Шумаков бросил поиски, оставив шкаф открытым, подошел и показал ладонью на большую, как бы раскаленную комету, летящую на голубую землю, край которой выступал внизу картины, сопроводив комментарием:
– Если присмотреться, можно увидеть внутри фигуру, похожую на человеческую. А вот это его крылья, которые сложились в пассивности, потому что высшая сила так захотела… Но в сказки я не верю. Картину купила Марина.
– М… вижу, вижу фигуру… но после вашей подсказки, сам не заметил бы, у меня творческого воображения нет, я прагматик. А почему вы Марину не попросили найти нужную вам бумагу?
– Просил. Она обещала поискать завтра… то есть сегодня.
– Давайте присядем, – предложил Терехов.
– Да, конечно, вы же пришли поговорить… – Оба расположились в углу в креслах. – Спрашивайте, я готов отвечать.
– Убийца стрелял в Марину четыре раза, хотя довольно одной пули. Как вы обнаружили тело Даниловой?
– Вчера поздно ночью Марина позвонила, я не стал отвечать…
– Почему?
– Она большой паникер, а у меня… была женщина.
– Вы же не знали, о чем она хочет сообщить, но назвали ее паникершей.
– Я слишком хорошо знаю Марину, по тональности угадываю ее состояние, к тому же все эти дни после смерти Данилова она доставала меня звонками. Решил, что-то стукнуло ей в голову, какая-нибудь бредовая идея… Мне показалось, она много выпила, я и сказал, что завтра обо всем поговорим. Вот.
– Что было потом?
– Она завалила меня сообщениями… сейчас покажу… – Шумаков полез в карман пиджака, достал смартфон, нашел нужное и протянул Терехову.
– Он жив… Он жив… Он жив… – прочел Павел и вернул трубку хозяину. – М! Всего десять. И вы приехали?
– Нет! В том-то и дело! Но когда моя знакомая уснула, я позвонил ей. И Марина рассказала, что приходил Данилов, что он жив, между ними возникла ссора, в бешенстве он ушел. Да, Марина была под градусом, поэтому я…
Эмиль взглянул украдкой на следователя, тот, казалось, не очень-то и слушал его, глаза Терехова остановились на другой картине, висевшей на противоположной стене. Раз он так увлечен мазней, Эмиль рассказал и об этом «шедевре»:
