Однако сейчас детектив смотрел не на них, а на фигуру в темном длинном одеянии с капюшоном, все еще сжимающую нож в руке, стоя перед телом навсегда оставшейся сидеть на стуле последней жертвы.
— Долго же ты, — проговорил человек сильно искаженно высоким голосом, и Холмс с удивлением понял, что это женщина. Почерк убийцы указывал на неподдельную физическую силу, и детектив даже не допускал возможности, что преступник был не мужчиной. — Но я знала, что это дело приведет тебя ко мне, — фигура вытерла нож о подол своего плаща и медленно повернулась к нему. Лица женщины все еще не было видно, но мужчина всем своим существом почувствовал на себе ее ледяной пристальный взгляд.
— Вам некуда бежать, — сухо сказал он, взводя курок. — Все кончено.
— Я и не собиралась, — пожала плечами неизвестная, отбросив нож в сторону. — Я уже все сделала — да и последний танец всегда лучший, как говорится. Не надо смотреть на меня так, — она рассмеялась. — «Ад пуст, все бесы здесь». Ты, кстати, знаешь, почему смерть ходит с косой? Говорят, что дорога в рай давно заросла травой.
— Покажите свое лицо, — детектив прищурился, не обращая внимания на ее безумный монолог.
— Изволь, — холодно ответила она, подняв руку и, скинув капюшон, наконец дала ему возможность себя разглядеть. Когда их взгляды встретились, сердце детектива пропустило удар, и он почувствовал, как его глаза расширяются, а все тело охватывает первобытный страх.
— Нет, — он в ужасе замотал головой. — Нет, только не ты.
— Добро пожаловать домой, Шерлок, — улыбнулась ему Софи.
Он открыл глаза, придя в чувство, когда его в очередной раз ударили, вырвав из созданного его сознанием кошмара, и сдавленно вскрикнул.
Инспектор Лестрейд и бывший сотрудник полиции Андерсон сидели за столиком в углу паба. На дворе было воскресное утро 15-го декабря 2013-го года, и Рождество уже стучалось в примороженные стекла оконных рам. Все вокруг уже было пропитано духом волшебства, и лишь двое мужчин, смотрящих на разложенные на столе бумаги, выглядели скорее озадаченным, чем счастливыми.
— Секта буддийских монахов-воинов, в которую проникла блондинка, контрабандистка наркотиков? — Грэг недоверчиво посмотрел на Андерсона. — На самом деле этого никогда не было!
— Светловолосая контрабандистка, которую разоблачил настоятель с необычайными способностями к наблюдению и дедукции! — воскликнул Филипп.
— Блондинка прячется среди лысых монахов? — инспектор прикрыл лицо рукой. — Это точно не Шерлок Холмс, он бы и не посмотрел на такое дело! И он мертв, — Андерсон посмотрел на него с обиженным выражением лица. — Мне очень жаль. Я бы хотел, чтобы он был жив, но он действительно ушел и больше не вернется.
— Но как ты это объяснишь? — Филипп притянул к себе карту мира и указал на красный крест, нарисованный над Нью-Дели. — Дело номер два: инцидент в Индии.
— Умный человек, инспектор Пракеш, раскрыл дело, — пожал плечами Лестрейд.
— О, да ладно! — сморщился Андерсон. — Какой инспектор полиции мог сделать такой вывод?
— Ну, спасибо, — поджал губы Грэг, сложив руки на груди.
— Ты помнишь, что Шерлок никогда не признавал своих заслуг, когда раскрывал все твои дела?
— Он не раскрывал все мои дела! — возмутился инспектор.
— Он там. Он прячется, — не обращая внимание на его восклицания и глядя вдаль, продолжил Филипп. — Но он не может удержаться от участия, — бывший криминалист рассмеялся. — Это так очевидно, если ты умеешь распознавать знаки!
— Братья Кляйн, Тауэр-хаус, Кенсингтонский потрошитель, — не унимался Грэг. — Все это я раскрыл сам!
— Ты ошибся в Тауэр-хаусе, — покачал головой Андерсон, посмотрев на бумаги.
— Нет, не ошибся!
— Это так, сам знаешь, — он отложил карту в другое место. — Хорошо, инцидент номер три… — он указал на Гамбург на карте. — Таинственный присяжный, — Грэг глубоко вздохнул и тяжело опустился на стол, стукнувшись головой о его деревянную поверхность. — Это должен был быть он! Это не может быть никто другой! Ты не видишь?
— Я вижу, что ты потерял хорошую работу, фантазируя о возвращении мертвого человека к жизни, и я знаю, почему ты хочешь, чтобы это произошло, — он распрямился. — Это вы с Донован подняли эту бучу, но эти теории теперь не воскресят его. Нет, этого никогда не произойдет, — его собеседник покачал головой.
— Как Молли? — вдруг спросил Андерсон. — Я читал, что ты сделал на прошлой неделе. Это… широкий жест.
Грэг просиял:
— Да уж, — он кивнул. — Спасибо.
— Когда торжество? — безучастно спросил Филипп.
— Мы думали, где-то в апреле-мае. Мы хотим отметить за городом, если найдем подходящее место, то так и сделаем, — он улыбнулся. — Прими мое заочное приглашение, — инспектор дождался кивка. — Хорошо… — он допил свою пинту. — Я пойду к старому другу, — он поднял пальто и посмотрел на Андерсона.
— Именно этот друг единственный и не поднимает меня на смех, — сухо заметил тот, подняв глаза на бывшего коллегу. — Передавай Софи привет.
— Передам. Береги себя, хорошо? — Грэг встал и взял с ближайшего стула белую коробку, сочувственно посмотрев на Филиппа. — Я скажу пару слов — проверю, не рассмотрят ли они твое дело.
