— «Доктор Софи Конан Дойл», — гласило резюме. — «Гражданка РФ и США. В девичестве — София Васильевна Охотникова. Родилась 21 июня 1983-го года в Москве, Россия. Детство и юность провела там же, училась в СОШ № 143, затем в МГУ имени Ломоносова, после — в Колумбийском университет в Нью-Йорке. Отец — Василий Иванович Охотников (р. 1943), архитектор на пенсии, мать — Алина Евгеньевна Молина (р. 1955), учитель истории, домохозяйка. Старшая сестра — Екатерина Васильевна (по второму мужу — Фихман) (р. 1975), юрист в сфере международных отношений, проживает в Германии. В 2005-м году доктор Охотникова вышла замуж за Артура Конан Дойла (1983–2009), владельца сети ресторанов в США. В 2009-м была номинирована на Нобелевскую премию мира за исследование в области Древнерусской литературы. После смерти супруга активно искала работу за границей и с 2010-го года проживает в Лондоне по одному адресу с персоной № 12 (Уильям Шерлок Скотт Холмс), преподает русскую литературу в Лондонском университете. Детей нет, политические взгляды консервативны.
Детектив недолго подумал, а потом поднялся с места и вытащил из шкафа у стены баллончик с жёлтой краской, оставшейся от «Слепого банкира». Встав на диван, он нарисовал в левом углу стены улыбающееся лицо, больше всего на свете желая выпустить в него пару пуль. Рука сама потянулась к карману, и, вспомнив, что Софи забрала оружие, Шерлок страдальчески закатил глаза, но тут же открыл их, переведя взгляд на скрипку и загадочно улыбнувшись.
Он взял в руки инструмент и пошел по направлению к ванной. Встав под дверью, он тихо начал играть мелодию из «Психо»[1] и остановился, когда в душе выключилась вода. Подождав, когда Софи снова откроет кран, он продолжил.
— Шерлок, это ты? — послышался ее голос. Детектив постоял пару мгновений и снова начал тихо играть. — Шерлок? — испуганно спросила девушка.
Холмс выждал полминуты после того, как она затихла, и, громко продолжив игру, ногой выбил дверь, ворвавшись в ванную.
— Сэр, с Бейкер-стрит поступило восемь вызовов, — сказала Донован, заглянув к Лестрейду в кабинет. Тот вскочил прямо с пончиком в руках и ринулся к ней.
— Что такое? Нападение?
— Не совсем, — покачала головой Салли, подняв к глазам листок со стенограммой вызовов. — «Соседи сообщают о безумном женщине, завернутой в кусок ткани, бегущей вниз по Бейкер-стрит за мужчиной, крича и размахивая пистолетом», — она посмотрела на инспектора.
— О, Боже, — вздохнул мужчина, снова опускаясь в свое кресло. — Я знаю этих идиотов. Не наша специфика, Донован!
Конец марта и начало апреля прошли безумно. Шерлок и Софи оказались втянуты в череду громких расследований, и их лица все чаще мелькали на передовых полосах. Холмса в прессе окрестили «Рейхенбахским герой», ссылаясь на дело о пропаже картины Тернера стоимость 1,7 миллиона фунтов стерлингов, которую тот раздобыл, по словам директора художественной галереи «благодаря своему огромному таланту». Не меньшую известность получили статьи «Похищен ведущий банкир», в которой «Шерлока Холмса снова провозгласили героем за то, что он организовал дерзкий побег похищенного, а Скотланд-Ярду снова пришлось использовать свое тайное оружие», и «Неуловимый Риколетти» — резюме дела о поимке преступника, числящегося под номером 1 в списке Интерпола с 1982-го года.
По странному стечению обстоятельств, Софи всегда оказывалась в этих запутанных делах бок о бок с детективом. Правда, так можно было сказать, если бы «странное стечение обстоятельств» вмещало в себя ее стойкую привычку срываться с места, когда Холмс в очередной раз покидал квартиру, загадочно поднимая воротник и двигая скулами. К ним обоим уже давно стали подходить на улицах за автографами и селфи, и Софи уже начала привыкать не выходить из дома без солнцезащитных очков. На всякий случай.
С Томом все было сложнее. Софи не смогла сказать ему всего по телефону, и на следующий же день после их первого свидания пришла в его кабинет, чтобы объяснить все, к чему ее обязывало ее недавнее открытие. Начать такой разговор с порога не представлялось возможным и, поскольку в тот вечер среды они оба были свободны, они начали с отвлеченных тем, в конечном итоге все же подойдя к обсуждению насущных вопросов.
