— Я не знаю тебя так хорошо, как хотелось бы, — отвечает она, обнимая меня за
шею. — Но я собираюсь исправить это.
А потом она целует меня. Когда она это делает, мне кажется, что все правильно в
этом мире, как это всегда бывает, пока она у меня в руках. Это, словно держать луч
солнца. Я целую ее до тех пор, пока мы не начинаем задыхаться и, наконец, оторвавшись
друг от друга, мы переводим дух и снова целуемся.
Звезды мерцают над головой. Озеро, находящееся с левой стороны, бесшумно и
спокойно.
Впервые за все время, что я себя помню, я чувствую, что нахожусь дома.
Глава 11
Пакс
В первый раз за неделю во мне просыпается тяга к коксу.
Я не знаю, почему. Может, потому что вчера вечером было чертовски классно?
Мила и я гуляли по пляжу, пока не устали. Мы держались за руки и поцеловались, затем
снова держались за руки. Я проводил ее к своей машине, где мы еще раз поцеловались. Но
я не пригласил ее к себе, так же, как и она.
Сейчас все слишком хорошо, чтобы испортить. Даже такой мудак как я, знает это.
Если она хочет, чтобы все было медленно, то именно так я и буду действовать. Я не буду
торопить ее. Я не употреблял из-за нее и не собираюсь.
Даже думая о слове «употреблять», я вспоминаю свою тягу. Ту, от которой мой нос
жжет, и онемение распространяется по всему телу.
Но это всего лишь привычка. Потому что в первый раз, что я себя помню, я не хочу
быть в отключке. Мила заставляет меня хотеть чувствовать вещи... с ней и для нее. Она
заставляет меня хотеть быть хорошим человеком просто потому, что я могу быть рядом с
ней.
Итак, я отбрасываю покрывало назад и делаю спонтанную вещь.
Я открываю крышку флакона с таблетками, вываливаю все содержимое из него в
унитаз и смываю. Смотря, как исчезают таблетки, я начинаю паниковать.
Какого черта я делаю?
Я почти засовываю руки в унитаз, чтобы достать таблетки.
Но лицо Милы появляется в моей голове, и я снова успокаиваюсь.
Я делаю то, что нужно. Это нужно мне. И я могу это сделать. Я не слабак.
Я спускаюсь на кухню и нахожу свои запасные таблетки в морозильнике, бросаю
их в мусоропровод и включаю его. Я слушаю, как измельчаются таблетки, позволявшие
мне сбежать от реальности.
Я даже с моим снотворным прощаюсь. Все, что может быть костылем для меня, я
выкидываю. За исключением трех бутылок виски, которые стоят у меня на кухне. Я не
сошел ума, черт возьми. Я пытаюсь начать с чистого листа.
Мои телефон звонит, и я вижу высветившееся имя Милы. Я улыбаюсь и отвечаю на
звонок.
— Эй, детка.
На секунду образуется тишина, как будто моя нежность застала ее врасплох, но я
чувствую улыбку в ее голосе, когда она, наконец, отвечает.
— Эй! Просто звоню, чтобы пожелать доброго утра. И поблагодарить тебя за
прошлую ночь. Было действительно приятно. Я здорово провела время. Что ты сейчас
делаешь? Я тебя разбудила?
Я смеюсь.
55
— Нет. Ты не разбудила меня. На самом деле, ты не поверишь, когда узнаешь, что
я делаю.
Пауза.
Потом она смеется.
— Ну, ты собираешься сказать мне, или хочешь, чтобы я догадалась?
— Я хочу, чтобы ты догадалась, — говорю я ей. — Но если ты не хочешь напрягать
воображение, то я могу просто сказать тебе. Я начинаю все с чистого листа. Я не буду
утомлять тебя деталями, но, думаю, ты заметишь изменения.
Еще одна пауза.
Наконец, она отвечает:
— Пакс, что ты имеешь в виду, говоря, что начинаешь с чистого листа? О каких
изменениях ты говоришь? Потому что, если это что-то значительное, я не хочу, чтобы ты
это делал, только потому, что думаешь, что я этого хочу. Это не поможет. Изменения
происходят если ты, на самом деле, хочешь, чтобы что-то изменилось.
Я хихикаю.
— Ты довольно умна для такой мелочи, — говорю я ей. — Но я хочу совершить это
изменение. Ты была права вчера вечером. Я использовал наркотики, чтобы прикрыть
эмоции — блокировать их. Только слабаки так делаают. Я могу справиться со всем, что
жизнь бросает в меня. Мне не нужны костыли.
— Ладно, во-первых, я не намного моложе тебя. Мне двадцать три. И, во-вторых, я
очень рад за тебя, Пакс. Это удивительно. И я помогу тебе, в чем бы ты ни нуждался. Если
хочешь, я могу порекомендовать терапевта. Я использовала одного, когда мои родители
умерли. Он был действительно хорош и помог мне справиться с горем. Я уверена, что он
может помочь с твоей зависимостью.
— К черту, — говорю я ей автоматически. — Мне очень жаль. Я не хотел, чтобы
это прозвучало грубо. Я просто имел в виду, что я не наркоман. Я не нуждаюсь в помощи
по избавлению от привыкания. У меня, правда, нет привычки. Но спасибо за предложение.
Пауза.
Длинная пауза.
— Хорошо, — отвечает, наконец, Мила. — Я уважаю это. Но дай мне знать, если я
смогу сделать что-то, чтобы помочь. Я могу слушать, если ты захочешь поговорить, или
попытаться занять тебя чем то, или все, что только нужно. Кстати, ты хотел бы сходить на
второе свидание сегодня вечером? У меня есть кое-что на уме.
