Родион Сергеевич стремился оградить Ингу от излишних контактов, хотел повлиять, дав всё необходимое сам, но она не только внешностью, но и характером пошла в предков-цыган. Девушка была из тех, кто мог, не моргнув глазом, исчезнуть в ночи. Потому, взбунтовавшись, дочка сама начала пробивать себе дорогу. Сама выбрала ВУЗ, не советуясь, сама поступила, отлично училась и сдавала экзамены.
Да и все переживания по поводу мужчин были излишни — так решил Стриженов, не услышав ни об одном свидании на протяжении многих лет.
Однако, когда Инга проходила последнюю, преддипломную практику в Эрмитаже, судьба, наконец, свела её с мужчиной, который сумел задеть струны души непокорной красавицы.
С Марком Ипатовым она познакомилась случайно. Девушка шла после трудового дня домой, гуляя по любимому городу, решив зайти в кафе и поужинать там. Внезапно, её внимание привлёк визг тормозов. Один из слишком резвых водителей сбил на дороге бездомную собаку. Стриженова кинулась к месту происшествия, чтобы помочь животному, и, наклонившись к собаке стукнулась лбом о чей-то другой лоб.
Это оказался лоб молодого, перспективного, пластического хирурга Марка Евгеньевича Ипатова, который тоже бросился помочь собаке. Посмеявшись с такого столкновения и познакомившись, молодые люди вместе отвезли пса на такси в ветклинику, где того успешно прооперировали.
Пока Марк и Инга ждали завершения операции, они успели разговориться о жизни. Ипатов оказался очень интересным собеседником, наделённым недюжиным интеллектом. Он не впал в ступор, когда девушка рассказала о своей специальности, с большим удовольствием обсудил с ней несколько течений в искусстве и с интересом расспрашивал о дипломной работе, а так же, о внутреннем устройстве Эрмитажа. При этом, Марк был хорош собой, смел и силён, обладал неплохим чувством юмора.
Стриженовой было с ним просто спокойно. Чувствовалась некая стабильность. Фонтана эмоций, бабочек в животе и ощущения того, что перевернулся мир не случилось, нет, но они начали строить отношения.
Ипатов ухаживал за Ингой соответствующим образом, а она позволяла это делать и быть с собой рядом. Ему первому и единственному была оказана такая честь. Рассказала о своей жизни, своём детстве, погибшей маме, потому что смогла довериться Марку. Он умел слушать и не задавать дурацких вопросов. Был галантен и честен с ней в ответ.
Родители Ипатова тоже были хирургами — отец детским, мама кардиохирургом. А ещё у парня была старшая сестра, которая тоже продолжала врачебную династию, став анастезиологом — одним из лучших в Санкт-Петербурге. Марк же пошёл в перспективную и быстро развивающуюся, денежную отрасль. Умение сотворить новое лицо, грудь, фигуру и прочее нынче очень ценилось, а у Ипатова это неплохо получалось.
До встречи с Ингой у скульптора чужих тел имелось несколько страстных романов, но все они были ни о чём. Быстро разгорались, быстро гасли и ни один из них не был настоящим чувством. При этом, Марку, как и Инге не особо то хотелось любви и романтики. Он, как хирург был прагматиком, а любовь, в списке полезных для жизни вещей не значилась.
Стриженова мгновенно привлекла его внимание. Красивая до звёздочек в глазах, умная, с правильными жизненными ориентирами, из очень хорошей семьи… Такая партия идеально подходила ему — Марку Ипатову. Он понимал, что образцовой женой, вопреки тому, что в её жизни всё было на пять баллов, Инга может и не будет, но при этом, у них мог получиться неплохой брак. Однако, пока что, речь о нём он не заводил.
Ещё неделя пролетела как одного мгновение. Аким постоянно приезжал в Питер, разрываясь между ним и Москвой, желая увидеть Лилю.
Он очень хотел попытаться залечить раны, оставленные Глебом в её сердце, стремился окружить вниманием и заботой, но, при этом, ни в коем случае не давить на девушку. Краснов понимал, что ей необходимо время, много времени, ведь она всё ещё любила его друга.
Они просто гуляли вдвоём по городу на Неве, делились подробностями: он рабочими, она теми, что касались дипломной и учёбы. Лилия потрясающе рассказывала о Санкт-Петербурге и Аким слушал её, затаив дыхание, хотя сам многое знал, они катались по рекам и каналам, ели мороженое, вопреки капризной питерской погоде и несносному сентябрю… Мужчине было очень хорошо рядом с этой удивительной, златовласой девушкой, на которую он насмотреться не мог и решил беречь, как хрусталь.
Тем утром, Неверова шла на встречу к Инге. Она остановилась, чтобы ответить на звонок телефона, а в этот момент, чьи-то тёплые ладони закрыли её глаза. Девушка нащупала своими руками мужские на своём лице и улыбнулась: почти стопроцентная догадка осенила её.
— Аким? — мягко произнесла Лиля. — Ты же должен был приехать завтра!
Мужские руки разомкнулись, она тут же обернулась и обомлела. Перед ней стоял, хитро улыбаясь, Глеб.
— А где… Аким? — тут же спросила, растерявшись, Неверова.
— Тебе нужен Аким? Я думал, мне будешь рада. — усмехнулся мужчина.
— Зачем ты приехал?
— К тебе.
— Врёшь. Я тебе не нужна. — Лиля сама удивлялась своей смелости. — Езжай к Неле, она тебя ждёт.
