Не хотелось вспоминать, откуда и как разъяренный Григорий выкрал сестру. Что позволил ей сделать со всеми мерзавцами, что глумились в клинике над бывшей княжной. Как в последний момент уберег часы, снятые с легендарной башни, как угрозами и посулами убедил отдать окна из Сухаревки на хранение в Донской монастырь. Как шептал на ухо партийным чинам, мол, зачем уничтожать кирпичи, из которых сложена башня! Лучше пусть служат народу, станут основой для новых дорог!
Пока целы те кирпичи, спрятанные глубоко под асфальтом, пока светятся два окна, укрытые в монастыре, будет жить и отец, глава ордена Субаш, больше известный в миру как Сухарь. Единственный опыт чернокнижника Брюса, первое со-здание петровской Москвы.
«Милостивой мой государь! Перед отъездом твоим государским был мне твой государев указ, чтобы в англицком граде Лондоне сойтись с мужем в науках великим Ньютоном и прознать про разные тайны его и того чудного собрания, на коем присутствовать сам изволил. И я зело старался исполнить достойно, по всяк день прилежно вникая в премудрости и погружаясь в пучину древних герметичных наук. Безмерен кладезь мудрости сего почтенного мужа, и хранит его собрание бесчетно томов по одной лишь любезной мне астрологии! Что ж до того, что ты, государь, изволил назвать натуральной магией, зарожденной эллинами в стародавнее время, то открываются здесь просторы обширные да великие.
Доношу тебе, милостивейшему государю, что поведал мне сей ученый муж восьмого числа сего месяца с дозволения некого Кристофера Рена, с которым дружбу крепкую свел, о вещице тайной, над коею бьются, а разгадать не сподобит Бог. Воистинно видел у них безделицу – кусок безвестного мне металлу с чертами и резами зело странными. И с табулы той со всем прилежанием срисовал для твоей государевой надобности али забавы подробный чертеж. По заверениям Кристофа Рена, зело увлеченного всякими зданьями и планами застройки стольного града, на той табуле начеркана ничтожная часть заклятья, что способна срастить человека живого и камни, для примеру, крепосцы Тауэр, дабы впитал человече силу и мудрость древней постройки. Такоже мнится мне, государь, что многие мысли умны у Рэна и, коли представится случай, начеркаю тебе план, государь, по герметичной перестройке Москвы с учетом зодиакальных знаков и сильных волшбой заповедных мест, что зовутся меридианами.
А пока же зело желаю к сентябрю докончить учение, дабы, как ты повелел твоим государским указом, возвратиться на родину и служить тебе.
За сим вручаю тебя, моего милостивого государя, в сохранение всещедрого Бога, а сам остаюсь твоего царского величества всенижайший раб и холоп Якушко Брюс, всеуничиженно челом бьет».
Гроза раздирала небо когтями. Пахло пряно, по-весеннему ярко: землей, листвой, а еще червями, полезшими на теплый асфальт.
Отец перестал браниться, лишь смотрел вприщур из-под белых бровей, испытующе, с хитрецой. Ждал от наследника действия, достойного подлости минувших дней.
