Егор свободной рукой кое-как достал из кармана сигареты. Проходящий мимо монтер помог ему прикурить, а Динка все не могла поднять свою мокрую и сопливую физиономию от его куртки.
— Я вот, Динища, всегда знал, что ты токсикоманка. Бельишко-то на мне 14 дней как не стирано. Да и я сам не стиран. С водицей-то в ДНР не очень. Нанюхалась, детка? Могу еще берцы снять. Вот та-а-ам приход… — Насмешливый голос был такой же, как тогда, в «Ударнике», тридцать лет назад.
Динка икнула в последний раз и наконец-то посмотрела Егору в лицо:
— Не нужно берцы. Сейчас тебе Василий баню организует. Она офигенная. Прямо над рекой. После парной ныряешь в чистый кайф.
— Во. Это дело. Я пойду. Мы с тобой попозже поговорим. Сейчас не в силах. Мыться и спать. Даже жрать не могу. Единственное, послушай вот. Эти дети, которых мы привезли, они очень много горя хлебнули. Их взрослые сотрудники детского дома в городе бросили посреди военных действий. Дети выживали в подвалах самостоятельно, старшие заботились о младших. А взрослые воспитатели умотали в эвакуацию с родными детьми на Украину. Ну а что такого? Не свои ж, какие-то детдомовцы. Ты прекрати нервничать и суетить около них. Они сейчас натянуты как струночки, до последнего упора. Ты должна быть абсолютно спокойна и уверенна. Тогда и у них напряжение постепенно спадет, и они не сорвутся. Это самое важное. Быть спокойной и с ними этим делиться. А игрушки и сласти — это не важно. Это потом уже. Главное — чувство своих и надежных взрослых. Уж очень им досталось, Диночка. Там два мальчика, одиннадцати лет и тринадати, седые совсем…
Все это Дина рассказывала и рассказывала Андрею, вернувшись в Москву, а он гладил ее по спине и голове, почти не вслушиваясь в слова, а только ловя интонацию речи родной женщины, думал, что Дина совершенно не умеет распределять свои внутренние силы экономно, с запасом на будущее. Она выбрасывает по незначительным событиям в пространство такой ядерный запас энергии, что небесам жарко. А потом просто тупо заболевает или в обмороки падает. Так как батарейки все свои разрядила не по делу.
