Небольшой одноэтажный дом, как у многих в этом районе, баскетбольный щит и гараж сбоку. Только красно-белая решетчатая вышка микроволновой радиорелейки да вертолетная посадочная площадка на лужайке перед домом говорили о том, что адресом Дитрих не ошибся. Билл из-за руля увидел ошарашенную физиономию Дитриха и громогласно расхохотался, запрокидывая рыжую голову и шлепая себя по колену:
— О,
Дитрих представил, с каким наслаждением бы он сейчас втащил в эту ржущую морду свой тренированный кулак, но решил сдерживаться. Негоже так проявлять себя в первый день службы с ребятами.
На ограде трепыхался сильно потрепанный транспарант, сообщающий, что каждый, кто попытается самовольно проникнуть на территорию, будет встречен огнем на поражение, в нижнем правом углу на нем кто-то пририсовал женской помадой хуй с огромными яйцами. Видимо, для усиления понятийного эффекта.
Дитрих покачал головой. Необходимо будет многое упорядочить на этой базе. Ведь «Малмстром» — это такая невероятная мощь: 15 центров запуска, 150 ракетных шахт, бункеры с пультами управления закопаны глубоко под землю и раскиданы так далеко друг от друга, чтобы ядерный удар по одному из них не цеплял остальные. И чтобы разнести в говно этих русских, китайцев, арабов, да всех разнести, кто замахнется на его, Дитриха, свободу и демократию.
Внутри к Дитриху сразу вышел командир центра управления запуском (
Новичка повели на обязательную экскурсию. Все-таки это было действительно грандиозно. Не хуже «Звездных войн», на самом деле. Одна из бронедверей прямо из жилой казармы открывалась сразу в лифт, который без остановок уходил на шесть этажей под землю. Стальную дверь лифта открывали вручную примерно так же, как скручивают жалюзи у продуктовой лавки в Грейт-Фоллс. И через 24 ярда опускания в лифте под землю перед Дитрихом открылся мир «Звездных войн» — черный круглый зал с толстыми колоннами амортизаторов, которые должны поглощать ударную волну, если где-то поблизости взорвется ядерная боеголовка. И огромный люк, как из сериала «Звездный Путь», вокруг которого было обозначено огромными буквами
— В каждой шахте стоит по одной 18-метровой межконтинентальной баллистической ракете
Вокруг — компьютеры, спрятанные в громоздкие боксы, защищающие электронику от радиации. Они связаны кабелями с полусотней других шахт, разбросанных в 10-километровом радиусе.
У Дитриха кружилась голова от всей этой мощи и власти. И на глаза наворачивались слезы.
А Рой, видя состояние новичка, не мешал тому впитывать атмосферу шахты. Парню еще пригодится вся его восторженность, когда он поймет, почему ребят отсюда называют ракетными мартышками. Каждый день тупая, монотонная работа по проверке кабелей и ключей и написание отчетов, тысяч и тысяч отчетов — тут надо быть или большим романтиком, или совершенно бесчувственным чурбаном. В местной работе Рой предпочитал вторых: меньше возни и неожиданностей.
— Время подлета отсюда до Москвы 28 минут, сынок. Такие дела. — На этих словах он закончил экскурсию, и они двинулись наверх оформлять парня на службу и проверить, как нейронная сеть
Но дальше для этих американских ребят уже ничего не было. Ну, то есть совсем ничего. Все ракетные системы США получили приказ от центров управления запуском на самоликвидацию. Этот приказ был повторен трижды с промежутком в 32 секунды. Люди не участвовали в этом процессе. Никому не понадобилось доставать из сейфов бумажные шифры и сверять их с произнесенными голосом по телефону, никто и не звонил на базу. Система жила своей жизнью. Команды и шифры пришли ей по тем же каналам, по которым собиралась сервисная информация о состоянии готовности ее узлов. Незачем было беспокоить ни Дитриха, ни Роя, ни остальных сотен людей (30 команд на пультах управления, 135 рабочих-эксплуатационщиков и 206 бойцов охраны), которые ежедневно выходили на службу и поддерживали в порядке все хозяйство базы. Система была в полной готовности, и она получила приказ на самоликвидацию.
