Андрей с удовольствием и пристрастием смотрел подготовленный Искусственным Интеллектом видеослив. Если бы не мигающий глаз в углу экрана со стилизованной буквой «И», отражающейся в зрачке, он бы ни за что не отличил материал, сгенерированный нейронной сетью, от качественного реального компромата с места событий.
Элла счастливо приплясывала вокруг его кресла, время от времени наклоняясь к монитору и задевая роскошной грудью плечо начальника.
— Эмоциональная закваска, смотрите! Эмоциональная закваска-то какая реальная! Вот он его цепанул, вот завуалированный испуг. Вот угроза под прикрытием хохмы. И ведь все сам он, Андрей Фридрихович! Сам Иппочка весь сценарий разговора составил и позы и интонации режиссирует. У нас и материалов толком по этим двум не было. Только открытые статейки в Сети. Во-о-от! Смотрите, здесь про санкции. Здесь они спелись на общей беде.
А на экране действия развивались уже своим чередом. К помятому жизнью и сложностями политического олимпа Серафиму подошла и подсела на ручку кресла молодая жена, небрезгливая актриска средней руки, выбравшая любовь «к трем апельсинам» и деньгам престарелого мужа взамен молодости и естественной сексуальной жизни. Шахматы уже были отодвинуты. Бритый собеседник партию проиграл и с этим временно смирился. Поглаживая гладкое колено жены, он возбужденно спрашивал у Зии:
— Скажи, а что с лодкой?
— Ну, они оборзели в ноль. С одной стороны, арестовали, и вывезти нельзя. А с другой, выставили счет за парковку и сервис в пять лямов. Нихуя платить не буду. Пусть идут берегом. Немцы, блядь! Аккуратная, педантичная нация, блядь! Сужусь вот уже третий месяц. Но это только бабло палить… Продавайте все там, пока до вас по спискам ручки у гадов не дошли…
Серафим прищурил глаза:
— Не узнаю тебя, родной! А как же эти твои: «Это наша заправка! Уебывайте отсюда!»? Ты же никогда так со чмоком поляну-то не сливал…
И тут в невозмутимом прикрытом бородой лице Ахматова что-то стронулось. «Пробил Ипполит-таки бывшего сенатора», — отметил про себя Андрей. И тут же рассмеялся над самим собой. Он уже к бредням Искусственного Интеллекта как к реальным персонажам относится, переживает за судьбу и все такое.
— Да изгоями мы стали, блядь, изгоями. Вот так вот, дружище, — мрачно заключил бородатый на экране. — Вилы, братан! Изнутри они гайки закручивают на хрен, вот так вот. Пока их собственных охреневших деток петух не клюнет. А снаружи укропские «эксперты» гонят нас всех табуном в санкции и грабят имущество на взлете…
