Возражения Тихо Браге против движения Земли (и против аргументов Коперника) заслуживают некоторого внимания. По большому счету он совершенно прав, когда заявляет, что понятие «естественного» движения, которому противопоставляется «насильственное» движение, едва ли допускает, что тело может одновременно осуществлять
Браге с куда меньшим воодушевлением повторял классическое возражение относительно тел, падающих с высокой башни, и вертикально подброшенных тел446, хотя этот аргумент ему нравился. Он вполне справедливо видел в том наиболее сильный довод сторонников Аристотеля (несмотря на свои нововведения в астрономии, в области физики Браге остается верен Аристотелю). Потому он отказывается принять рассуждение Бруно447.
Если кто-то верит, – пишет он Ротману, – что снаряд, брошенный вверх на борту движущегося корабля, вернется в то же самое место, как если бы корабль находился в покое, то он глубоко заблуждается. В действительности снаряд отклонится настолько, насколько быстро переместится корабль.
Упрямство Браге, казалось бы, говорит не в его пользу. Но будем справедливы, возьмем в расчет то, что с точки зрения последователя Аристотеля, утверждение Бруно несколько неправдоподобно448.
Было бы, однако, недостаточно только отбросить умозаключения Бруно или обратиться к опыту. Поэтому Браге ухитряется обновить классическую аргументацию, введя в нее недавнее изобретение – пушки449.
Итак, что же произойдет, спрашиваю я тебя, – пишет Тихо Браге, – если из большой пушки будет выпущен снаряд по направлению на восток…; и далее из той же пушки, из того же места будет выпущен другой [снаряд, направляющийся] на запад? Можно ли предположить, что оба снаряда прошли бы одинаковое расстояние?
Тихо Браге подводит к тому, что, дабы совершить подобное, данные снаряды должны были бы, так сказать, «знать», что им следует сделать, а именно знать, что им положено подчиняться теории Коперника, согласно которой всякий «земной» объект должен следовать движению Земли. Браге не согласен с этой теорией. Более того, он считает, что даже если мы допустим, что теория верна для тел, движение которых никак не исходит из них самих, ее невозможно было бы применить к случаю с пушечными снарядами и даже к случаю свободно падающих тел. Этот случай, с точки зрения Браге, резко отличается от прочих: движение снаряда насильственно и чрезвычайно быстро; каким же образом это движение могло бы сосуществовать с «естественным» круговым движением без того, чтобы ему не препятствовать и чтобы оно не препятствовало ему? Действительно, как неоднократно было сказано, с точки зрения догалилеевской физики нет ничего менее правдоподобного, чем относительная независимость движений. Допустить подобное – все равно что допустить причину, не производящую следствие. Потому Браге продолжает450, истолковывая нам, насколько странно было бы, что
чрезвычайно быстрое движение, порожденное пушечным порохом вразрез с природой,
и чрезвычайно быстрое и естественное движение Земли сочетались бы друг с другом без сопротивления. В самом деле, согласно Копернику и Бруно451,
