Обнищавшей артелью Моста самоубийц иногда овладевало зеленое отчаяние. Конкуренция, проклятая и жестокая конкуренция, так росла, что все улицы, бульвары и площади Этборга представляли собой сплошную толпу предлагавших что-нибудь купить, выслушать, изведать, попробовать, — потребитель вымирал. За какое дикое занятие ни бралась артель — все было затоптано. Все оказывалось монополизированным соответствующим трестом или синдикатом. В начале осени инженер Куарт, работавший с водопроводчиком на кладбище, устроил туда своих голодных коллег. На должность дежурных призраков в склепах и могилах. Но как только дело развилось, появилась некая потертая личность. Как-то ночью этот человек сел на спину надгробного ангела и обратился к нашим люмпен-интеллигентам с таким монологом:
— Вы, конечно, знаете, что существует Синдикат кладбищенских призраков…. У вас есть только один выход: прекратить свою дикую деятельность. Вы, конечно, можете не обратить внимания на мое чуткое предложение. Но тогда мы не ручаемся, что вы не обретете вскоре вечного покоя в одной из забытых старых могил…
В такое безысходное время доктор медицины Бэг предложил Шюссу и Ольцу самим создать трест. Были проданы сюртук Шюсса, стетоскоп Бэта, подтяжки и последние ботинки инженера Ольца. Образовался небольшой основной капитал. В дело вовлечены были свора бездомных мальчишек, пара нищих эрудитов и несколько бродяг. Так возник «Синдикат Несчастных Случаев». Начали с трамваев. Один незаметно прицеплял рыболовный крючок с леской к штанам жертвы. Та изящно спрыгивала на остановке. Смех жестоких людей обнаруживал, что брюки распороты на самом неподходящем месте. Бледная или багровая от стыда жертва натыкалась на агента синдиката, который предлагал избавиться от позора, взяв напрокат его плащ.
Другие сотрудники «С. Н. С.» забирали утром из лачуги Бэга оперативный инвентарь (щеточки, тряпочки, бензин, химикалии и ведро с мелом) и выходили на работу. Один нечаянно задевал прохожих ведром с мелом или незаметно делал кистью сочный мазок на спине. Другой заботливо предлагал почистить за скромное вознаграждение. «Я — безработный, служил в заведении по химической чистке». Жертв выбирали среди франтов, спешащих в театры, на свидания. Когда человек несется с букетом и у него на заду обнаруживается крест из меловой краски, трудно быть скупым. Самые прибыльные дежурства были у подъездов варьете, оперетт и баров.
Основатели синдиката не позволяли себе роскоши сидеть за бухгалтерскими книгами и выщелкивать прибыли на счетах.
Они тоже трудились с утра до ночи.
По улицам ходил с лестницей на плече инженер Ольц. Завидев прилично одетого субъекта, Ольц уронил ему на голову лестницу. Тот свалился на землю.
Ольц начал издавать вопли ужаса.
— Ах! Простите!.. Ради бога, простите!.. Несчастный случай!
И постарался удрать. Мгновенно откуда-то выскочил доктор Бэг, подбежал к упавшему.
— Так… понюхайте капель. Компрессик на голову. Разрешите пульс… Очень плохой. Померяем температуру… Очень плохая.
— О-о-о!.. Что со мной?..
— Несчастный случай… Дышите. Глубже. Угу… Все в голове…
— Да, удар был по голове…
— Я — доктор Бэг… оказал вам первую помощь. Не откажите… чем-нибудь компенсировать.
— Я очень вам благодарен, доктор. Вот возьмите… Что случилось со мной?
— У вас психическая травма. Как жаль, что здесь нет профессора Шюсса… Боже, кого я вижу! Вам необыкновенно везет — как раз идет профессор Шюсс… Уважаемый профессор Шюсс! Одну минуту беспокойства… Несчастный случай. Повреждение головы. Странные психические явления…
Шюсс важно процедил:
— Я очень опешу.
— Прошу вас! Небольшой консилиум.
— Только одну минуту…
Он схватил небрежно голову субъекта и констатировал:
— Здесь.
Субъект стонал:
— По-моему, около мозжечка.
— Угу! Считайте до десяти.
— Что еще за новости… Ох!., страшная боль… Один, два… Ах!..
— Ага! Только до двух. Все ясно.
Бэг и Шюсс ворочали пациента, выстукивали ему голову, как котел, и вели консилиум, украшенный латинскими терминами.
Шюсс прорицал:
— По-моему, лопнула «везика уринария».
Бэг робко сомневался:
— Что вы… а не «тестис ет епидамис»?
— Обратите внимание, какие реакции «лабиум майус».
Субъект стонал:
— Оставьте мою голову в покое…
Бэг, как студент в клинике, заискивающе указывал Шюссу:
— Господин профессор, вы видите, какой «папилла умбиликалис»? И потом — подозрительная «фовеа ингуиналис медиалис».
— Да, несомненно — «флексура перинеалис ректи».
— Да, «флексура перинеалис ректи».
— Больше ходите. Старайтесь не думать, забыть все происшедшее. Компрессы.
Пока Шюсс писал рецепт такими каракулями, которые не в силах был разобрать ни один провизор мира, доктор Бэг советовал на ухо пациенту:
— Предложите гонорар.
Пациент молчал, зловеще улыбаясь.
— Слышите! Скорее — деньги: он спешит.
Пациент протянул какую-то мелочь Шюссу.
— Я, конечно, дам. Но какие вы негодяи и шарлатаны!
— Как вы смеете оскорблять меня, врача?.. — возмутился было Бэг.
Но следующая реплика пациента убила их наповал:
— К сожалению, я тоже врач… и с удовольствием слушал вашу шарлатанскую галиматью.
— Врач?! Прощайте! — крикнул Шюсс и удрал.
