Это снова ты полностью

– И у тебя есть причины не верить кому-то из нас? – с тихой усмешкой спрашивает Дима.

– Нет. Конечно нет.

– Тогда на связи. Спасибо, что подвез.

Дима выходит из машины. Саша недолго смотрит ему вслед, заводит двигатель и уезжает. Как можно не верить тому, кто еще ни разу тебя не подводил? Репутация, заработанная Зиминым за последние шестнадцать лет, безукоризненно дает свои плоды. Только Дима отказывается признавать, что они гнилые.

В тени дворового навеса растянулся накрытый прямоугольный стол. Края светлой скатерти покачиваются на ветру, гости с удовольствием пробуют блюда, закуски, потягивают красное домашнее вино. Ребятня носится в установленном среди вишневых деревьев пластиковом детском городке – подарок Матвею и Кириллу от родителей в честь первого значимого юбилея. Дима сидит между двух семейных пар, чьи отпрыски визжат громче всех, скатываясь с горки, и цедит безалкогольное пиво, что принес с собой. Шум голосов смешивается с шелестом листвы и гулом далеких машин. Улыбающиеся лица превращаются в размытые пятна, и лишь одно Дима видит четко: его мать сидит рядом с мужчиной, чью фамилию теперь носит и она, и ее дети. Синее платье в мелкий белый цветок освежает образ, а ветерок игриво треплет каштановые волнистые волосы до плеч. Она выглядит прекрасно, заливисто смеется, машет руками, рассказывая что-то. Дима наблюдает за ней, и с каждой секундой неведомая сила толкает его все дальше, увеличивая расстояние между ними. Отношения Димы с матерью нельзя назвать плохими. Они поддерживают условную связь звонками и сообщениями, интересуются жизнью друг друга, но не касаются ее напрямую.

«Ты бросила меня! Оставила здесь одного! – надрывается малыш в зазеркалье. – Как же я? Неужели я и тебе совсем был не нужен? Чем я это заслужил?!»

Зимин с ужасом отворачивается, прижимая подбородок к груди. Рваные хриплые крики не прекращаются. Это оно – то, чего он так боялся, от чего убегал и прятался. Обида выкручивает руки, злость хватает за грудки, сбивая дыхание, но Дима сопротивляется. Он не может этого допустить, не должен. Он не станет винить ее. Никого не станет.

– Димка! Димка, смотри как мы научились!

Зимин оглядывается на звонкий детский крик. Матвей стоит на вершине горки, Кирилл – рядом со спуском, широко расставив ноги. Первый присаживается на корточки, ложится на живот и скользит с радостным писком. Второй неуклюже, но все-таки ловит брата, и в завершение трюка оба подскакивают, вскинув руки, как настоящие цирковые артисты.

– Класс! – воодушевленно отзывается Дима и тут чувствует на себе чей-то долгий взгляд.

Это она – мама. Смотрит на старшего сына, и в ее глазах нет ни горя, ни страха, лишь благоговение и гордость. Горькая награда, но Дима ее принимает. Она важна для него, заслужена, даже выстрадана, и она точно стоит всего, что он видит сейчас перед собой. Зимин салютует матери бутылкой, а после смотрит на отчима. Олег приподнимает бокал, присоединяясь к молчаливому тосту, где каждый пьет за что-то свое. Дима уже давно отгородился от этой семьи, но она не потеряла для него ценность, как и он для них. Не часть, но приложение, и по большому счету это выбор самого Димы.

Торжество затягивается до позднего вечера. Хозяева провожают гостей уже в свете уличных фонарей и принимаются за уборку. Дима вызывается уложить младших в постели и, взяв их за руки, ведет в дом. После купания, сопровождающегося уже привычными брызгами и визгом, троица отправляется в спальню, которая раньше была комнатой Димы, правда, здесь все изменилось. Как и в остальных частях дома, ремонт стер все следы прошлой жизни, Олег позаботился об этом, как только жена забеременела.

Дима не без труда заставляет братьев забраться в кровати и усаживается между ними на цветном ковре, потеснив старичка Мачо, что засыпает первым. Мальчишки подсмеиваются над храпящей собакой, рассказывают старшему брату о своих приключениях, соревнуясь в том, кто больше его впечатлит. Матвей сдается следующим, улетев в царство Морфея, а Кирилл держится из последних сил, трогательно сложив ладони под щекой, и медленно хлопает светлыми ресницами.

– Димка… – зовет он сонно.

– Ммм?

– Матюха говорит, что будет таким же высоким, как ты, когда вырастет, а я нет. Он же врет?

– Вы оба вырастете куда выше меня. Видели, какой ваш папа здоровый? Будете как он.

– Нет, – хнычет Кирилл, – не хочу как папа. Он лысый и бородатый. А еще он громко рыгает. Хочу как ты.

Дима тяжело вздыхает и отворачивается к окну. Раньше за ним виднелся старый раскидистый орех, а теперь верхушка детского городка. От дерева даже пня не осталось. Еще одна заслуга Олега, за которую Дима ему очень благодарен.

– Я же буду таким, как ты? – снова спрашивает Кирилл.

Слова подкатывают к горлу Димы сгустком желчи. Он ни за что не пожелал бы этим мальчикам стать похожими на него.