Только весной Даня познакомился с первой партией молодых весельчаков. Он успел в самое время. Даже Юра удивлялся, насколько большие масштабы обретали кутежи и прогулки по весне в сравнении с зимними. Но начиналась первая встреча не очень радостно для Дани. Это было “8 марта”. Он сказал родителям, что они идут на праздник к Юриной подруге, живущей на Таврической улице. Адрес родителям понравился, они были сторонниками классового разделения, им нравилось, как выглядел Юра. А он в последнее время поражал своих шнурков денежными запросами на предметы одежды с таким ценником, что шмотьём их назвать у родителей Юры язык не поворачивался. Они, конечно, любили комфорт и тратить деньги, но с одеждой они особо не заморачивались и спокойно одевались в просто хороших отделах, что там продавали, то, значит, и модно. Стоит сказать, что доходы семьи Знаменцевых, к которой принадлежал Юра, никак не могли сравниваться с доходами и статусом семьи Коротковых. Положение Короткова Платона Александровича и торговля с Китаем совместно с женой позволяли не реагировать на какие-либо кризисы, в частности, две тысячи восьмого года, а просто покупать в это время какую-нибудь интересную недвижимость, так как они принадлежали к тем акулам, для которых кризисы являлись лишь дополнительными возможностями. Можно сказать, что экономика Коротковых стояла на семи мраморных ногах. У Сергея Знаменцева и его жены Марины дела шли не таким твёрдым шагом, и им приходилось немало крутиться, чтоб не кануть в Лету после таких неприятных периодов, как в две тысячи восьмом году. Однако их энергия и неохота считать деньги при совершении покупок для души, а также железная взаимоподдержка, всегда обеспечивали наличие гарантий. Примечательно в их семье ещё и то, что Сергей и Марина бывали на пороге развода: у каждого, как минимум по разу, были серьезные отношения на стороне. Но в критический момент, они осознали, что их «наличие гарантий» заключается в поддержке друг друга, поэтому выгоднее простить, забыть и впредь не заводить подобных отношений. Да и потребность в этом с возрастом поутихла.
У Коротковых в этом смысле всё было традиционно и капитально.
Вернёмся к восьмому марта две тысячи десятого года. Родители Дани настаивали на том, что он должен купить цветов и только после того, как предъявит их, может выходить в гости. Даня мялся, он ещё ощущал неловкость от одной мысли, что нужно будет незнакомым девочкам вручать цветы. И попросил заехать к нему Юру, несмотря на то, что было бы удобнее сделать наоборот. Когда Юра приехал и сказал, что с большой радостью поможет выбрать Дане цветы, и родители и сам Даня обрадовались. Друзьям не пришлось подниматься обратно в квартиру с огромной охапкой цветов. Юра договорился, что перед посадкой в такси они сделают фото с цветами и пришлют её Людмиле Васильевне. Родители были не просто удивлены, а в шоке, от такого количества цветов, которое воспринималось ещё более необычно на фоне заснеженного городского пейзажа. Самое обидное казалось маме, что такая красота сейчас помёрзнет, на улице было холодно, а цветы не упакованы в бумагу. Морозом пышело с фотографии, особенно паровая дымка, вокруг улыбающейся Даниной головы, передавала пониженность температуры.
Девочки были в восторге от такого взрослого появления двух парней, тем более что, помимо цветов, у ребят в процессе поездки появились две бутылки мартини и три бутылки шампанского. Юру все знали, как весёлого шутника, он поднабрался уверенности в дворовой гоп компании, и научился казаться опытным, что обеспечивало ему некоторый успех у девочек, но внешне он ещё был не очень складен. А вот, Даня всегда был смазливым симпатягой. Это и то, что его привёл Юра, позволило ему уже на старте иметь хороший запас популярности. Были и другие парни, которые доброжелательно восприняли Даню, вся эта атмосфера придавала уверенности, от чего становилось теплее и проще веселиться. К концу вечеринки Даня уже был девичьим любимцем, с одной из них, по имени Лера он целовался, но встретиться хотелось ему с другой, с Юлей. Когда она уезжала, он вызвался её провожать. Внизу он спросил её номер, но Юля оказалась девочкой с характером, и, несмотря на то, что она хотела, чтоб Даня ей позвонил и ещё лучше пригласил погулять, ответила: “У Лерки спроси”. Лукаво улыбнулась и села в машину. Дай она Дане свой номер, он, может быть, и позвонил бы, а, может, и нет. Но этот Юлин манёвр, включающий и улыбку, заставили его с ухмылкой дёрнуть головой и зарубиться самому с собой, что раздобудет её номер и обязательно ей позвонит.
Эта весна для Дани стала открытием. Он открыл в себе, что он крутой перец, скажем пока всё же, перчик. Что он нравится девочкам. Он может интересно шутить, особенно, когда они вместе с Юрой, а в тот период было сложно представить, чтоб он был на выходе без Юры. И что впереди вся жизнь, и он стал взрослым, оставался лишь последний штрих – потерять то, что для него не представляло уже никакой ценности.
