Чем больше я узнаю Глеба, тем больше он мне нравится — сильный, свободный, независимый. Такие мужчины в нашем мире нарасхват. Но, Даниил… И теперь чувствую себя нашкодившим ребёнком. А если он придёт? Он знает, что я возвращаюсь к шести, а теперь уже без четверти семь.
— Итак, перейдём к делу? — предложила я, сглотнув образовавшийся ком в горле. В моей жизни давно не было мужчин, и теперь я чувствую влечение к писателю. Знаю, что это не хорошо, но как мне быть, если Даниил не готов к близости.
— Хочу воспользоваться твоими мыслями, — признался Глеб. — Рукопись практически готова. Поможешь мне «отшлифовать» текст и «приправить» сюжет.
Глеба интересуют только мои мысли, и я почувствовала горький вкус разочарования. А я думала, что заинтересовала писателя.
— Мне мало что известно, — несколько безразлично произнесла я. Неприятное открытие подействовало на меня и я, конечно, расстроилась, хоть и не готова пока к новым отношениям. Я запуталась и это очевидно. И теперь, когда отношения с Даниилом не зашли далеко, я бы с удовольствием познакомилась с обычным мужчиной, и была бы счастлива вполне, довольствуясь земными радостями.
— Ты владеешь бесценной информацией, — заметил писатель. — В старину люди знали больше нашего и верили в чудеса. Культурное наследие — кладезь невероятных сюжетов для писателя.
— Так и есть, — согласилась я.
— Откуда ты черпаешь информацию? — как бы, между прочим, поинтересовался Глеб.
Ох и хитрец.
— Моя бабушка была мастерицей рассказывать всякие истории.
— Бабушка, — улыбнувшись, произнёс Глеб. — Тебе повезло с бабушкой. А моя бабуля профессор в области естественных наук. Дед музыкант, а родители диссиденты — их никогда не было дома. Меня воспитывали все понемногу, и никто конкретно.
— Хотел бы родиться в обычной семье? — посмеиваясь, заметила я.
— Может быть.
— Это не самое лучшее, чего мог бы пожелать ребёнок, — заметила я.
— Трудное детство?
— Так и есть.
Чёрт возьми, зачем я сказала, что у меня было трудное детство? Вовсе нет — непонимание со стороны родителей, так это у всех, а так, в общем, я избалованный ребёнок.
— Ты не ешь, — заметил Глеб.
— Пожалуй, с меня довольно еды на ночь.
— О-о-о, — лукаво прищурившись, произнёс писатель. — Когда она ещё будет, ночь.
Ну не знаю, как у него, а у меня ночь наступит скоро, я не собираюсь засиживаться допоздна. Я не интересую Глеба, как женщина, так зачем строить пустые надежды. Раз мне выпала судьба встретить мирянина, так тому и быть. Посмотрим, что из этого выйдет.
— Когда приступаем к работе? — перешла я сразу к делу, чтобы прекратить никчёмные разговоры.
— Завтра, — коротко ответил Глеб.
— Завтра? — удивилась я. Не слишком ли он торопится?
— У тебя были другие планы?
— Нет, — мотаю я головой.
— Вот и славно. Значит, завтра я заеду за тобой прямо в редакцию. Ужин за мной — пообещал Глеб.
— Я не ужинаю, — напомнила я.
— В половине шестого. Я постараюсь не утомлять тебя.
Такое расписание меня устраивает, к тому же, хоть какое-то развлечение. И ещё, мне не терпится взглянуть, как живёт известный писатель.
— Десерт? — предложил Глеб.
— Нет, пожалуй, я откажусь. Да и в рассказе моём не было десерта. Мне пора вернуться домой.
— Предводитель? — с лёгкой усмешкой заметил Глеб.
Я киваю. Пусть знает, что я не одна, так будет проще работать.
— И всё-таки, я намерен переманить тебя под своё знамя, — признался Глеб.
Я пожала плечами. Даже не знаю, что сказать. Да, я бы хотела, чтобы меня кто-нибудь ждал дома, но это не так и вряд ли когда-нибудь такое будет.
Размышляю о жизни, стоя под душем. Я словно натянутая пружина, как будто оказалась между двух огней. Глеб мне нравится, очень нравится, но Даниил нравится больше. Как жить дальше не имею ни малейшего представления. С Глебом было бы всё просто и мне не нужно меняться ради него. Не нужно приспосабливаться к иной реальности.
Кое-как просушила волосы полотенцем, феном не пользуюсь, чтобы не вредить волосам, они и без того у меня тонкие, накинула халат на плечи и вышла из ванной.
— Вода снимает не только напряжение.
Даниил сидит в кресле. Так я и знала, стоило мне обратить внимание на достойного мужчину, Даниил тут, как тут. Неужели, почувствовал соперника? Хотя, мы никогда не говорили о наших отношениях и я вправе считать себя свободной.
— Ты дано здесь? — Я даже не вздрогнула, привыкла уже к его неожиданным появлениям.
— Я жду тебя с шести часов, — тоном ревнивого мужа произнёс он.
— А я не знала, придёшь ты или нет. — Он решил контролировать меня? Нет, я больше не позволю манипулировать мной. — Задержалась… это по работе, — объяснила я.
— Ты оправдываешься, — ухмыльнувшись, заметил Даниил.
— Что? Нет, конечно, нет, — возразила я. — Ты спросил, а я ответила.
Даниил поднялся с кресла и подошёл ко мне. Снял полотенце с моей головы и отбросил его в сторону. Потом без лишних церемоний взял в ладони моё лицо и поцеловал в губы. Сначала мягко, несмело, а потом жадно, как будто от этого поцелуя зависит его жизнь. Ах, каким сладким показался мне этот поцелуй! Но, к сожалению, всё слишком быстро закончилось.
