– Только не говори, что вы потратили половину ночи, изучали записи со всех камер, а Ника Вэйса так и не обнаружили! – прокричал Раст проекции, которая еще не до конца сформировалась.
Потерянными глазами на Раста смотрела женщина из блока видеонаблюдения, – Нет, он не выходил ни из кабинета хранителя, ни из здания.
– Этого не может быть! Ищите дальше.
За окном стемнело. Аэро обдувал теплый воздушный поток, мелкие песчинки постукивали по корпусу, а желто-оранжевая безжизненная пустыня внизу погасла, и превратилась в бесконечное черное пятно. Панель управления по-прежнему светилась десятками предупреждений, которые кричали об опасности вылета за пределы Нейма. Ник пытался отвлечься, но мысли неслись бешеным потоком. Глядя в бездонную пустоту он пытался вернуться в самое начало, и там найти ответы. «Почему Ант рискнул всем и рассказал мне про Еву? Вряд ли он хотел удивить случайного знакомого. Тут должно быть что-то еще».
– Кто четвертый? – Ник обратился к Мари, – Его имя начинается на букву «С».
– Соломон. Он был намного старше, умнее и опытнее. Это он разжег пламя огня, поглотившее Анта и Марка. Я его никогда не видела. Ант исполнял нескончаемые дифирамбы, восхищался его умом и прозорливостью. Соломон то, Соломон это, а я лишь смотрела на Анта и понимала, как сильно он вляпался, попался в сети великого манипулятора.
– Манипулятора? – Ник любопытно наклонил голову.
– Ант говорил, что вместе с Соломоном они перевернут мир и выведут Еву на чистую воду. Только Соломон как появился, так и исчез, а вода как была мутной, так и осталась. А тут еще она, – Мари мило улыбнулась.
– Она? Девушка? – блеснул Ник, – Ант был влюблен?
– О, еще как! Тогда он и написал первый Куб. Для нее, для Анет. Мы все знали про Анет, и не обращали внимания на метаморфозы, но Ант отдалялся, быстро отдалялся, а вместе с ним его интеллект и энергия. Представляю, как злился Соломон, когда его верный оловянный солдатик утратил яркость.
– Что случилось потом?
– Анет пропала. Ант ее искал, винил себя, а когда воспоминания о ней стали таять, все понял. Ева гасит воспоминания о тех, кто попал в заключение. Представляешь? Самые близкие и дорогие люди утратили о ней воспоминания. Тогда Ант изменился, сильно изменился, стал скрытный, отрешенный. Он уничтожил первый Куб, он все время повторял, что должен найти тюрьму времени и должен освободить Анет. Только задача оказалась невыполнимой.
– Куда подевался Соломон?
– Я не знаю. Соломон пропал сразу после исчезновения Анет, а Ант словно прозрел. Он больше не вспоминал Соломона, и лишь единожды обмолвился, он говорил что-то про соблазны и слабость людей.
Ник внимательно слушал Мари, а перед глазами летели кадры стрельбы Анта по серому дому, которые сменялись едким дымом и серо-коричневой пылью стрельбы в кабинете верховного хранителя. Шевеля одними губами, Ник произнес: «Я не должен был выбраться из серого дома. Меня должны были арестовать и заковать в тюрьму времени. А уж я не забыл бы дорогу. Марк не учел одного – хранитель приказал стрелять, и это было не по плану, не по их хитроумному плану, в котором я оказался пешкой».
– Ник, ты что-то сказал? – поинтересовалась Мари и, как ни в чем не бывало, продолжила рассказ, – В тюрьме времени много дорогих нам людей. Видишь это? – тыльной стороной ладони девушка сдвинула волосы, обнажив шрам на шее – небольшой фиолетовый порез в виде дуги.
Ник свел брови, – у Элис похожий шрам на руке.
Мари глубоко вздохнула, и уставилась в пустоту, ее глаза заблестели, – Это метки. Ребенок растет и меняется, а метка остается. Родители догадывались, что Ева не будет отвлекается на подобное и не станет стирать порезы-метки, – Мари грустно посмотрела на Ника, – Родители допускали, что больше не увидят своих детей. А если все-таки встретят спустя много лет, то узнают по этим самым меткам.
– Это ужасно.
– Ужасно, – повторила Мари, – Ева сильна, очень сильна. Поверь, плыть по течению куда спокойнее, чем барахтаться, пытаясь кому-то что-то доказать. Ты же понимаешь, что теперь хранители и тебя не оставят в покое? Ты покусился на основу, символ, а Элис – заложник, за которым ты обязательно придешь. Только когда ты придешь, они будут готовы. А Алекс, – на глазах Мари появились крупные слезы.
– Алекс выбрал свой путь! – зрачки Ника расширились, он говорил словами Марка. Еве известны слабые места и точки. Гордыня ли это или что-то еще. Раст завидовал Анту и Ева сделала его хранителем. Она наделила его властью, с помощью которой Раст преследовал Анта. Ева же победила обоих, гениально.
Внезапно в темноте появилась еле различимая точка, которая быстро росла, распадалась на части и наполнялась деталями. Вскоре стали вырисовываться нити улиц и проспектов, блики крыш, рябь уютных парков и пятна небольших озер. Мари уменьшила скорость и выглянула вниз.