— Да, есть. И поверь, все перечисленное тобой по сравнению с этим «еще» покажется салоном красоты и магазином игрушек.
— Ты намекаешь на Советника?
— Советник — это клерк, эмиссар, смотрящий, если говорить языком криминала, а вот его хозяева — это серьезно. Очень серьезно! Игра переходит на такой уровень, который вам не потянуть. Антон интуитивно чувствовал это с самого начала, а теперь, после предупреждения Советника, убедился в этом наверняка.
— Предупреждения? Ты ничего не путаешь?
— Нет, не путаю. Все, что говорит и делает Советник, имеет даже не два, а минимум три смысловых уровня. Вспомни свое первое впечатление от визита в Кремль. Сначала тебе казалось, что вас вызвали лишь затем, чтобы устроить разнос. Но был ведь и второй, скрытый момент: узнать, на чем вы остановились, что раскопали. Но и это далеко не все — был еще и третий уровень, еще более завуалированный: предупредить, чтобы вы выходили из игры. Не зря же он обронил фразу о «другой команде». Это и было предупреждение — игра началась по-крупному. Антон — умный и осторожный человек, он все понял и вскоре сдаст назад.
— А зачем Советнику нас предупреждать? Что-то мне слабо верится в его альтруизм. Такие люди вообще никого не предупреждают и ни о ком не беспокоятся.
— Например, затем, чтобы вы не путались под ногами, и ему не приходилось отвлекаться на вас. Такое объяснение устраивает? Не обижайся, но вы для него не противники и не игроки, вы — просто досадная помеха, мешающая делать дело, прости за тавтологию. Да и бессмысленные жертвы не нужны никому, даже ему, что бы там о нем не говорили.
Я невесело усмехнулась:
— Не слишком приятно осознавать себя досадной помехой, путающейся под ногами. Но что же это за такие всемогущие «хозяева», стоящие за Советником? Ротшильды—Рокфеллеры? Ястребы—ростовщики—менялы?
— Нет. Конечно, нет. Ротшильды и прочие Рокфеллеры — это уровень того же Советника, если не еще ниже. Настоящие игроки всегда остаются в тени. Чем больше засвечено имя, тем меньшим влиянием обладает данный человек. Если имя известно, если оно на слуху, то его носитель никоим образом не является настоящим игроком.
Не люблю конспирологию. И уж никак не думала, что встречу ее адепта в лице нынешнего собеседника.
— Тогда кто же это? Тайное мировое правительство? Хозяева истории? Мировая закулиса? Всемогущая и беспощадная? — в моем голосе звучал неприкрытый сарказм.
Егор молча складывал из салфетки дракона.
— Хозяева истории... — наконец медленно повторил он, словно пробуя слова на вкус. — Да, для них подходит, хотя они себя называют Семьями. Они и есть очень древние и очень влиятельные семьи. Некоторые утверждают, что они вышли из черной аристократии Венеции, другие считают, что корни этих семей лежат гораздо глубже — Финикия, Вавилон или даже Египет, ну а самые радикальные исследователи в поисках истоков опускаются за пределы истории — в мифическую Атлантиду. Но это неважно. А важно то, что прячась за политическими лидерами, королевскими домами, громкими названиями корпораций, Семьи правят и владеют всем земным шаром. Они крайне редко вторгаются в нашу жизнь, предпочитая оставаться в тени. Оттуда они и разыгрывают партии на шахматной доске истории, передвигают игровые фигуры — королей, финансовых магнатов, президентов, устраивают войны и революции, балуются с наукой. За последние пару сотен лет они исключительно ювелирно вмешивались в нашу жизнь, число их акций можно пересчитать по пальцам одной руки.
— И? — жадно спросила я. — Что же это за акции? Или это тайна?
Надо отдать Егору должное — он сумел разбудить мое любопытство.
— Тайна, — ответил он. — Но будем считать, что ты прошла инициацию.
Егор улыбнулся, правда, улыбка получилась усталой и невеселой, и начал рассказывать.
...9 апреля 1940 года немецкая армия вторглась в Данию и Норвегию. В ходе операции немцы потеряли довольно много техники, в том числе и обеспечивающей связь. Оставшись без связи со своей армией, Берлин обратился к правительству нейтральной Швеции с просьбой предоставить ее телефонные и телеграфные линии. Швеция дала согласие.
Естественно, вся передаваемая информация зашифровывалась. Для шифрования сообщений немецкое командование использовала машину Т52. Сейчас мало кто знает о ней, однако в те годы машина являлась верхом совершенства, знаменитой «Энигме» было до нее далеко. Считалось, что сообщения, зашифрованные с помощью Т52, не подлежат дешифровке. И что толку, что шведские власти наладили регулярный перехват информации — прочесть-то все равно ничего не могли.
Попыток взломать Т52 было множество, но все неудачные. Однако профессору математики Арне Бёрлингу[3] из университета Упсалы удалось разгадать таинственный код всего за две недели. По словам ученого, при этом он не пользовался никакими техническими приспособлениями, лишь собственными мозгами.
