Друзья бросились в дальний конец помещения по неосвещенному боковому коридору. В голове вспыхнула надежда на то, что помощь извне придет раньше, чем хали доберутся до беззащитных учеников. Их обнаружили, и теперь наймиты уже не упустят цель. Их уникальный тонкий слух и невероятная, подаренная Богом способность видеть в темноте делает хали идеальными убийцами. И, раз обнаружив себя, не стоит питать иллюзий, стараясь и дальше быть незаметными. Отныне единственный путь к спасению – это бег наперегонки с приближающейся, неудержимой смертью. Нет ни времени, ни мыслей о том, каким образом все, что здесь происходит, вообще допустимо в самом сердце Свободных земель. Об этом – потом. А сейчас только бег. Отступление в попытке придумать какой-нибудь вариант по дороге.
Позади не было слышно погони. Ни одного звука, кроме топота их собственных ног.
Длинный проход неожиданно кончился. Внезапно выросшая из темноты стена раздавила своей монолитной тяжестью путь к спасению.
Ребята развернулись, завертели головами. Загнанные в тупик, теперь они могли только драться. Но как и чем?
Ретар торопливо огляделся по сторонам. Кроме бесполезных сейчас неподъемных стеллажей и слишком легких и мягких свитков, рядом не было ничего. Слева, со стороны главного прохода, был виден отблеск последнего из масляных светильников. Использовать его в качестве оружия не выйдет: его могут поднять только двое взрослых. Но вот толкнуть…
– Бежим к центру, опрокинем канделябр. Колпак разобьется, и мы подожжем стеллаж! Огонь отпугнет их!
– Нельзя! Мы сожжем книги и спалим всю библиотеку!
– Но это наша единственная возможность спастись!
– Не смей! – Тин вцепился в собравшегося бежать Ретара и постарался оттащить его обратно к стене.
– Пусти, дурак! – Ретар с силой оттолкнул Тина. Тот быстро восстановил равновесие и снова бросился на одноклассника, повисая на нем мертвой хваткой, пытаясь удержать, не обращая внимания на удары, начавшие сыпаться на голову. Через пару мгновений «поджигателя» удалось повалить. Тяжело дышащий Тин, навалившись всем телом, вдавил его в каменный пол. Воцарилось прерываемое тяжелым дыханием затишье.
– Подожди! – Ретар завертелся под Тином. – Пусти меня!
– Нет.
– Да пусти, божья борода! Слушай!
Тин прислушался. Через стену… нет, прямо изнутри нее доносился какой-то скрежет. Он становился громче и отчетливее. Мальчишки вскочили. Часть стены рядом с ними проваливалась внутрь, пропуская через появившуюся щель полоску яркого света.
Тин обернулся. Он не мог услышать хали, но прекрасно понял, что наймиты также услышали звук, доносящийся из стены, и теперь их игра закончилась.
Неизвестно, понял ли это Ретар, но он был уже на ногах и бросился к увеличивающемуся проему, протиснул свое тело внутрь. Следом, чуть было не сбив его с ног, влетел Тин. В глаза ударил показавшийся неожиданно ярким свет свечи, зажатой в руке того, кто стоял сбоку. Мальчишка отвернулся, стараясь адаптировать зрение к резко сменившимся условиям. Позади него часть стены с каменным шорохом встала на место. Глаза быстро пришли в норму, и Тин развернулся.
– Фелс? – Он наконец разглядел лицо их спасителя. – Ты как здесь оказался?
– Вас искал, – как-то вяло пробурчал тот.
– То есть ты знал, что за нами будут гнаться?!
– Подожди! – вмешался Ретар. – Что вообще происходит? Как тут оказались хали? И почему они убили Цеету?
– Я не знаю, что там происходит, но в городе полно хали. Они захватывают дома, убивают тех, кто оказывает сопротивление. Остальных берут в плен. Некоторые из магов Калантора… – Фелс помолчал, стараясь унять частое дыхание. – Некоторые из магов, по-видимому, состоят в союзе с наймитами.
– Ты выглядишь очень плохо. Тебя ранили?
– Я выпил сок, – ноги Фелса подогнулись, и он съехал по стене. Свеча выпала из руки. Ретар, быстро нагнувшись, подобрал ее, не дав ей погаснуть, и остался сидеть на корточках, подняв источник огня к лицу тяжело дышащего Фелса. Оно было бледное, с каким-то нездоровым серым оттенком, блестящее от липкого пота. На Ретара уставились, расширенные, бегающие глаза.
– Зачем ты это сделал? Божья борода…
– А как бы я вас нашел? Пришлось пить… и искать ваши мысли. Заодно… много другого узнал.
– А про этот проход ты тоже узнал, после того как выпил?
– Про него мне сказал…
Фелс уронил голову на грудь и замолк.
– Эй! Эй! Очнись! – Ретар схватил его за плечи и потряс. В ответ парень вяло поднял голову, попытался открыть глаза. Но не смог.
– Бесполезно. Ты же знаешь, как действует сок, – Тин присел рядом.
– И что нам теперь делать? – Ретар растерянно смотрел на продолжающего тяжело и быстро дышать Фелса. – Идти по тоннелю?
– Да, – кивнул Тин. Посмотрел назад, в начинающуюся в двух шагах от света свечи непроглядную тьму коридора. Бросил взгляд на закрытую стену, едва пропускающую звуки из помещения библиотеки. – Надо как можно скорее отнести его к взрослым. Другого выхода нет. Я пойду вперед, буду освещать дорогу. Ты потащишь Фелса на себе. Когда устанешь, я тебя сменю.
Погруженные во тьму безвременья городские улицы были освещены многочисленными пожарами.