Встревоженный гул множества голосов стоящих вдоль стен людей наполнял тронный зал замка. Раскатывался приглушенным гулом к пустеющему центру, отражался эхом в полусфере потолка. Не только придворные женщины, но и мужчины обсуждали одну единственную новость. Шутка ли – государь убит родным сыном! Убийца непостижимым образом пронес клинок мимо киносов в личные покои отца и убил его на глазах у собственной матери! Дерзость и жестокость. Неужели возвращаются, казалось бы, давно минувшие дни, когда никто из правителей не был уверен в собственной безопасности? Внутренние распри подорвут благополучие и процветание штата. И это в то время, когда подгорное царство продолжает держать границы на замке, а на пороге уходящего года стоит очередная тяжелая зима!
Многие осторожно поглядывали на ктурса Валтора. Генерал стоял в центре первого ряда одной из сторон, отделенный от остальных присутствующих, словно каждый, кто посмеет встать рядом с ним, окажется причастен к величайшему промаху, если не попустительству ктурса. Его мрачное лицо озарял яркий, чистый свет нового дня.
Но старый воин не был единственным, на ком чаще других задерживались взгляды придворных. Дочь предателя. Бедная сирота.
На противоположной стороне зала, опустив голову, стояла Дамантия.
Дверь распахнулась, и шум мгновенно смолк. В зал вошла государыня. Ее уверенные шаги сопровождала тяжелая поступь четырех облаченных в полное боевое снаряжение киносов. Высоко поднятая голова госпожи мужественно держала чудовищный удар судьбы под конвоем смотрящих на нее глаз.
Приблизившись к трону, Версетта замедлила шаг и остановилась. Конвой синхронным движением разошелся в стороны и одновременно выполнил разворот. Слитный удар четырех тяжелых пик об пол отметил окончание шествия, заставив особо впечатлительных женщин вздрогнуть от громкого и неожиданного проявления боевой мощи.
– Жители штата Сатония, – Версетта повернулась к находящимся в зале людям. – Все вы уже знаете о несчастье, постигшем наши земли в эту ночь. В час безвременья мой старший сын, воспользовавшись материнской любовью и доверием отца, совершил ужасное преступление. Да, убийца понес справедливое наказание, но была ли в этом только его вина? – Версетта выдержала небольшую паузу, присмотревшись к слушающим ее. – Нет. Сейчас нам стало известно о заговоре, который взращивался в стенах этого замка многие дни. Вам, должно быть, уже известны имена предателей. Госпожа Тебия и советник Корс более никогда не смогут причинить нам вред. В этот тяжелый для нашей земли час я не вижу иного выхода, кроме как взять власть в свои руки. Оставшиеся трое наследников еще слишком малы для управления штатом. И я спрашиваю вас, придворные женщины, готовы ли вы выставить своего кандидата на эту роль? – глаза Версетты прошлись по толпе. Никто из присутствующих даже не дернулся, не издал ни звука. – Я, законная преемница трона и единственный кандидат, отвечающий всем требованиям закона престолонаследия, объявляю себя государыней штата Сатония с сего дня и до часа, когда один из моих сыновей не вступит в возраст десяти и четырех лет.
Версетта с торжествующим видом обвела взглядом стоящих у стен людей. Взгляд прошелся по склоненным в поклонах головам, остановившись на стоящей прямо детской нескладной фигуре. Дочь Корса смотрела прямо перед собой невидящим взором, сотрясаясь всем телом от плохо сдерживаемого рыдания. Бьющее через широкое окно равнодушное солнце освещало раскрасневшееся, мокрое от слез лицо ребенка.
Неожиданно свет померк, сменился плотной тенью, скрывшей от девочки ласковое тепло. Дамантия вздрогнула и подняла голову.
– Бедное дитя, – государыня стояла перед ней. – Как больно потерять вслед за матерью еще и отца! Как страшно осознавать, что ты в один миг осталась совершенно одна в этом мире! Я помню день, когда потеряла своих родителей. Боль утраты до сих пор живет в моем сердце, тревожит по ночам. Но ты, в отличие от меня, не одна. Здесь, в моем замке, ты всегда можешь найти приют. Даю тебе слово, – она отошла на пару шагов, остановилась и повернулась к ней вновь: – Я не виню тебя. Ты юна и чиста в своих помыслах и не можешь нести ответственность за содеянное твоим отцом.
Дамантия продолжала стоять, опустив голову и пытаясь по мере сил сдерживать слезы. Стоявшая рядом придворная женщина поклонилась Версетте:
– Девочка благодарит вас, государыня. Ваш добрый поступок она запомнит на всю жизнь.
– Надеюсь, – Версетта вернулась к трону. – Ктурс Валтор, удалось ли узнать причину, по которой убийца смог пронести оружие мимо наймитов?
– Нет, государыня, – генерал покачал головой. – Удалось только узнать, что клинок был покрыт каким-то неизвестным нам веществом. Предположительно, именно оно помогло скрыть запах металла от несущих охрану киносов. Маги-наймиты не смогли дать точный ответ. Сегодня же клинок отправится в Свободные земли. Есть надежда, что многомудрые магистры Калантора смогут пролить свет на истинную причину, дабы ошибка, совершенная сегодня, не повторилась впредь.