Он опоздал на четверть часа, оркестр и дирижёр уже ждали его, настраивая инструменты. Репетиция прошла успешно. Он пожал руку дирижёру и поклонился оркестрантам, которые дружно аплодировали ему. Герберт и Хосе, прибывшие в концертный зал к концу репетиции, отвезли его обратно в отель.
Анжела подъехала на «Мерседесе». Разноцветное платье, пошитое в традиционном мексиканском стиле, облегало её стройное тело.
— Ты неотразима в этом платье, — искренне восхитился Илюша. — И автомобиль роскошный. А что с «Фордом»?
— Я позвонила в страховую компанию, рассказала, что случилось и где находится машина. А эту я взяла у папы.
— Передай ему мою искреннюю благодарность.
— Есть недалеко отсюда площадь Гарибальди. Там много ресторанов и музыкантов, которых здесь зовут «мариачос».
— Мне бы хотелось их послушать.
— Но я подумала и решила повезти тебя в знаменитый ресторан. Там мариачи тоже играют. Мне даже удалось заказать столик.
Они добрались туда минут за двадцать. Метрдотель узнал Анжелу и провёл их в ресторан. Высокий потолок, стены, разрисованные фресками и оформленные в мексиканском стиле. Мужчина, одетый в расшитый серебряными узорами костюм чарро чёрного цвета, положил на стол две кожаные брошюры.
— Сегодня угощаю я, — сказала Анжела. — Здесь прекрасная кухня.
Она позвала официанта и продиктовала ему заказ. Илюша обвёл взглядом зал и увидел в дальнем углу несколько человек в костюмах тореадоров. Они исполняли задорную мексиканскую песню.
— Да, публика интересная и музыканты профессиональные, — оценил Илюша. — И зал весьма любопытный.
Подали свинину с чесноком и сыром, мексиканское рагу из говядины, овощей и фасоли, сдобренное специями. Вышколенный мужчина средних лет откупорил бутылку вина и разлил «Мерло» по бокалам.
Атмосфера карнавала передалась Илюше. Звучали народные мелодии, нарядные дамы и сеньоры подпевали музыкантам, танцевали одетые в национальные костюмы женщины. А напротив красивая молодая женщина, которая не скрывает своей влюблённости в него. Илюша обратил внимание, что оркестранты передвигаются по залу от одной кампании к другой. Он понял, что гости за плату приглашают их исполнить песню. Ему захотелось отблагодарить Анжелу. Он поднялся и подошёл к одному из них. Тот выслушал его, взял деньги и через несколько минут музыканты окружили столик.
— Хочу подарить тебе песню, — сказал Илюша. — Я попросил, чтобы она была о любви.
Двое скрипачей, гитарист и трубач заиграли и запели приятными голосами. Анжела улыбалась счастливой улыбкой, и глаза её отражали яркий свет люстр. Мариачи закончили петь, откланялись и удалились.
— Спасибо, Илья, за прекрасный подарок. Ты добрый и умный человек. Как и все мои русские друзья.
— В России много интеллигентных благородных людей. Но во власти, к сожалению, их мало.
— Я читала Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Вашему народу не повезло. Семьдесят лет его притесняли и уничтожали. Но пришёл Михаил Горбачев со своей Перестройкой, после него Борис Ельцин. Появилась надежда.
— Ты прекрасно образована, Анжела. В нескольких словах вся история страны. Есть такой анекдот. Советский Союз пережил четыре этапа развития: ранний репрессанс, поздний реабилитанс, ухрущение строптивых и безбрежный оптимизм.
— Остроумно, — засмеялась она.
Потом взглянула на Илюшу и спросила:
— Ты хочешь ещё посидеть здесь?
— Пожалуй, нет. Но мне очень понравилось.
— Тогда поедем. Хочу угостить тебя кофе, который готовлю сама.
Он посмотрел на Анжелу, сообразив, что она приглашает его к себе домой, и, не желая её разочаровывать отказом, согласился.
— С удовольствием выпью кофе, — сказал он.
Она жила недалеко от ресторана в трёхэтажном доме, построенном в конце девятнадцатого века. Так подумал Илюша, когда окинул его взглядом. Во дворе, мощённом бетонными плитами и красным кирпичом, росли высокие пальмы, кипарисы и каштаны. Они оставили «Мерседес» под деревом и по широкой гранитной лестнице поднялись на второй этаж. Она открыла входную дверь и включила свет в коридоре.
— Заходи, Илья. Располагайся, где пожелаешь. Как мы вернулись из Москвы три года назад, родители помогли мне купить эту квартиру.
Илюша вошёл в большую гостиную и осмотрелся. Камин у правой стены, кожаная мягкая мебель, журнальный стол, стенка с посудой и статуэтками, в широкой нише которой стоял большой телевизор, и высокий старинный книжный шкаф. Несколько окон выходили на длинный балкон с искусными чугунными перилами. Илюша прогулялся по нему, постоял, вдыхая свежий ночной воздух. Ветви каштана почти касались металлических виньеток, создавая уютный мирок, где можно было уединиться от шума и суеты огромного города.
— Мне нравится твоё жилище, Анжела. Тебе помочь? Люблю запах молотых кофейных зёрен. У меня дома есть ручная кофемолка. С ней работаю только я.
— Ну, я не такая сильная как ты. У меня она с моторчиком. Я сама справлюсь.
Он вернулся в гостиную, сел на диван и взглянул на часы, висевшие над камином. Они показывали одиннадцать. Его чуть клонило ко сну, и он сделал над собой усилие, чтобы взбодриться.
