Подруги говорили по Скайпу нечасто. Они вспоминали о своих встречах в Израиле, поездках в Иерусалим и Хайфу и мечтали увидеться снова. Несколько раз обсуждали предложение Уайта, и этот вопрос всегда ставил Аню в тупик. Она знала о любви подруги к Давиду и каждый раз говорила, что ей и решать. На свадьбу Жени Анна вырваться не смогла, в эти дни ей предстояла трудная экзаменационная сессия. Она переживала за Давида, болезненно воспринявшего известие о замужестве Жени и бахвалившегося перед ней многочисленными романами. Потом родился Айзек, который мило улыбался ей на экране беззубым ртом. Анна рассказала Жене о предстоящей поездке брата в Америку и не предполагала больших потрясений, которые вызовет их встреча. Когда Давид вернулся, она связалась с ним и сразу почувствовала большую перемену в его настроении. Она поняла, что любовь Давида к Жене никуда не делась, лишь затаилась на время и прорвалась наружу при первой оказии, которую предоставила им жизнь. А через месяц Женя сказала, что беременна и хочет развестись с Уайтом.
— Может быть, поговоришь с Давидом? — предложила Анна.
— Боюсь я. Не хочу загружать его своими проблемами.
— Да что ты, Женя! Это же его ребёнок. Он тебя любит, я уверена. Он не простит, если утаишь.
— И что это изменит?
— Жизнь научит. А не скажешь ему, подцепит его какая-нибудь пробивная баба и пропадёт мужик. А потом, когда узнает, что у тебя от него чадо, попытается развестись и будет много крови. Твоя сегодняшняя жалость к нему может в будущем обернуться вашими новыми страданиями.
— Аня, скажи ему ты, хорошо?
— Ладно, подруга.
Анна позвонила Давиду и всё рассказала. Он связался с Женей по мобильному телефону.
— Женя, это была русская рулетка?
— Давид, я просто потеряла голову, когда увидела тебя.
— Ты врачам показывалась?
— Да, позавчера. Сказали, что всё хорошо.
— Что будем делать, Женя?
— Не знаю. Вначале хочу родить здорового ребёнка.
— А в Израиль переехать не хочешь?
— Я думала об этом раньше. Особенно когда вернулась оттуда и не знала, выходить мне замуж за англосакса или ждать тебя. Но тогда мама очень этого не хотела. А сейчас всё переменилось.
— А когда роды?
— В конце года. В декабре или начале января.
— Береги себя, Женя. Ты же знаешь, как я тебя люблю.
— Я тоже люблю тебя, Давид.
Она положила трубку и заплакала. Но это были слёзы радости. Он принял его ребёнка, не отказался, он любит её. В конце рабочего дня она ехала домой в приподнятом настроении. Из радиоприёмника лился соул, который своим хрипловатым баритоном пел Рей Чарлз. Внезапно на перекрёстке появился автомобиль. Он выскочил на красный свет. Избежать столкновения было невозможно, Женя не успела бы отреагировать. Правую переднюю дверь искорежило, она почувствовала сильный удар по голове и потеряла сознание.
Тёплый майский вечер спустился на Саммит. В это время дочь всегда была дома. Если она задерживалась, то звонила домой и предупреждала. Санька позвонил ей на мобильный телефон, гудки долго звучали в аппарате, но никто не отвечал. Чтобы отвлечься от нараставшего волнения Вика включила телевизор. Передавали последние новости. Когда диктор стал говорить о дорожной аварии в Нью-Арке, она узнала разбитый автомобиль.
— Боже мой, Саня, это Женя, — вскрикнула она.
Санька увидел, как из опрокинутого «Шевроле» вытащили молодую женщину и положили на носилки, и скорая умчалась с истошным воем. Дававший интервью корреспонденту полицейский сообщил, что виновник аварии наркоман и против него ведётся следствие.
Он сразу же набрал номер городской полиции. Капитан Спенсер выслушал его, подозвал сержанта и что-то у него спросил.
— Мистер Абрамов ваша дочь находится сейчас в городском госпитале. Желаю ей скорейшего выздоровления.
— Что с ней, Саня? Она жива?
— Надеюсь. Поехали, Вика, она в госпитале Нью-Арка.
Они сели в машину и помчались по дороге, по которой ездили на работу уже много лет. В приёмном покое им сказали, что Евгения Гладстон поступила к ним в тяжёлом состоянии, без сознания, с серьёзной травмой головы и что она переведена в хирургическое отделение, находящееся на третьем этаже. Они увидели дочь в палате с забинтованной головой. Она неподвижно лежала на постели, тоненькая прозрачная трубка, соединённая с центральной системой газоснабжения, раздваивалась на груди на два усика, вставленных в ноздри. Аппарат искусственной вентиляции лёгких тихо урчал справа от кровати. Дежурившая возле неё медсестра сообщила о повреждении черепной коробки и посоветовала поговорить с врачом.
— Ваша дочь получила серьёзную черепно-мозговую травму в районе правого виска. Ещё сантиметр и травма стала бы несовместима с жизнью. Кроме того у неё сотрясение мозга.
— А когда она придёт в сознание? — спросила обеспокоенная Вика.
— Она может находиться в таком состоянии несколько дней. Но жизни её ничего не угрожает.
— Доктор, она беременная.
— Мы знаем. Анализ крови это показал. Увы, есть серьёзная опасность выкидыша. Система безопасности автомобиля сработала, но её подушки не перина. К счастью, нет переломов. Есть трещинка в одном ребре, но в течение месяца она зарастёт.
